Детская книга: «Веники еловые или приключения Вани в лаптях и сарафане»

Loading...Loading...
Детская книга: «Веники еловые или приключения Вани в лаптях и сарафане»

Детская книга: «Веники еловые или приключения Вани в лаптях и сарафане» (Катя Матюшкина)

Чтобы открыть книгу Онлайн нажмите ЧИТАТЬ СКАЗКУ (146 стр.)
Книга адаптирована для смартфонов и планшетов!

Только текст:

Cамая таинственная книга,
полная загадок, приключений и волшебства

Вступление.
Волшебное варево

Светись-светись в небе зарево.
Варись-варись моё варево.

На крохотной, освещённой луной поляне, средь
самой чащи волшебного леса, стояла, почёсываясь,
избушка на курьих ножках. В низеньком окошке
мерцали огни, из трубы поднимались клубы
дыма, и по всему было видно, что внутри
происходит настоящее волшебство.

Это колдовала Баба Яга.

На печи сидели
несколько зрителей
и живо наблюдали

за происходящим — старый
филин У-ух-ты и два чёрных кота — Мурынтий
и Орун.

Около двери висела в воздухе волшебная
метла и недовольно бурчала, наблюдая,
как Яга суетится у огромного котла,
подбрасывая туда какие-то корешки.

Волшебное варево бурлило, пенилось и
меняло цвет. Вокруг вился разноцветный пар.
Склонившись над котлом и разглядывая тайные
знамения, Баба Яга прошептала:

— Это случится сегодня, ровно в полночь, когда
встанут на небе три звезды, три раза прокричит ворон
и три ветра встретятся! И тогда произойдёт…
— Что произойдёт? — закружила волшебная
Метла.
Яга ещё ниже нагнулась над варевом, так что
чуть не окунула в него свой длинный нос.

— Ничего не вижу. А-а-а, вот вроде проступают
какие-то неясные очертания! Три
шага на север, десять — на восток… Самое
дорогое сокровище…
Коты переглянулись и навострили уши.
Филин, наоборот, отвернул голову.

Внезапно от пара нос Яги страшно зачесался.
Яга попыталась сдержаться, сморщилась, но не
выдержала.

— Апчхи! — разнеслось по избе.
Пар закружился и взвился под потолок. Коты
и филин тоже принялись отчаянно чихать, а когда
успокоились, пар рассеялся.

— Опять ничего не выяснили! — разочарованно
протянул Мурынтий.

Но, похоже, кот ошибся.

Яга швырнула поварёшку в котёл, обрызгав

стены, и рванула к двери.

— Куда это ты на ночь глядя? — насторожилась
метла. — Тьма в лесу! Сто ворон небо заслонили,
сто волков из чащи таращатся, сто лисиц в канавах
прячутся — в лесу ночью опасно! Подожди до
утра!

— Дело у меня есть, — буркнула Яга, завязывая
под подбородком косынку на шесть узлов. — Тайное!
Яга щёлкнула пальцами — огонь в печи мигом
потух, и выскочила за дверь.

— Стой! Меня с собой возьми! — кинулась следом
метла. — Я тоже хочу шляться по ночному лесу
и бояться каждого скрипа!
Избушка, переминаясь с ноги на ногу, также выразила
желание бежать следом, но Яга буркнула:

— Оставайся здесь! Это дело опасное! И я
должна его сделать сама.
Макушки деревьев серебрились в лунном сиянии,
а в самом лесу была такая темень, что если бы
даже прямо перед Ягой прополз Змей-Горыныч, то
она приняла бы его за чёрную тучу, заночевавшую
в лесу, и прошла бы мимо, не поздоровавшись.

Яга достала из передника деревяшку, бросила
её о землю, топнула ногой, и та вдруг вспыхнула,
тускло осветив дырявые лапти.

На небе вспыхнули три звезды и встали в ряд,
указывая путь. Где-то далеко крикнул три раза ворон.

Подхватив деревяшку, Яга исчезла за чёрными
деревьями.

Но далеко уйти ей не удалось.

Не успела Яга в канаву провалиться да за пень зацепиться,
как рядом возникла взмыленная метла.

— Ну что у тебя за дело такое, что нельзя и меня
с собой взять?! Как за грибами, так я корзинки
таскаю, а как на колдовство, так одна?!
— Да какая от тебя за польза? — хмыкнула
Яга. — Ты темноты боишься и летаешь медленно.
— Это я-то летаю медленно?! Да я летаю быстрее
Горыныча! От меня много пользы! — метла
так рьяно принялась кружить, что наткнулась на
дерево и рухнула в куст.
— Летела бы ты домой! — Яга, скрипя зубами,
вытащила метлу и, запустив её в небо, быстро пошла
дальше.
Со свистом развернувшись, метла рванула
следом.

— Я с тобой!

Яга шла быстро, сверяя дорогу со звёздами.
Метла то и дело врезалась в деревья и, ворча, выныривала
из ветвей. В её прутьях застряло столько
листвы, что казалось, вокруг Яги кружит банный
веник.

Наконец деревья расступились, и метла с облегчением
вздохнула, оказавшись на огромном
поле.

Оно напоминало гигантское корыто, до краёв
наполненное капустой.

Яга погасила гнилушку.

— Вот это да! Капуста… — протянула восхищённо
метла. — Вот у тебя, оказывается, что за
дело! Сколько добра пропадает! Надо бы всё это
к нам в погреб перетащить! Щей наварим!!! Гостей
соберём!!!
— Каких ещё щей? — пробормотала Яга, сосредоточенно
вглядываясь в небо.
— Обычных щей. Ты что — забыла? Щи — это
такой суп из капусты, я раньше, когда в деревенском
доме жила, много таких супов видала! Берёшь
котелок побольше, кидаешь туда крупный
кочан капусты, а потом варишь его ровно десять
дней — вот тебе и суп.
Яга пробормотала нечто неразборчивое и пошла
вдоль капустного поля, считая шаги. Потом
снова остановилась и уставилась в небо.

Метла зависла перед Ягой.

— Давай капусту рвать! А помнишь, как ты
щами Ивана накормила? Как он потом ругался:

«Отравить меня, дескать, вздумала, старая!» Вот
уж двести лет прошло, а он так больше и не захаживал.
Интересно, где он сейчас бродит? Славный
был Иван, только дурак…

— Тихо! — крякнула Яга, присев. — Вот оно!
Началось!
Внезапно поднялся ветер. Вдалеке послышался
нарастающий свист. По небу, озарив лес
голубой вспышкой, пронеслась звезда. Сделав
круг, она упала в капусту, и всё вокруг засветилось
нереальным голубым светом.

Яга, вытянув вперёд руки, с необычной лёгкостью
рванула по полю, перескакивая кочаны.

— Скорей! Пока не погасло! Где звезда упала
— там и клад искать нужно!
— Ах вон оно что! — догадалась метла. — Ой,
сгорит сейчас клад! Ишь как светится! Туши его!
Туши!!!
Яга, щурясь от света, добежала до звезды.

— Ничего, алмазы не горят!
С этими словами она схватила метлу и замахнулась,
собираясь загасить пламя.

— Не надо! — только и успела крикнуть метла,
но тут свечение погасло и на его месте не осталось
ничего, если, конечно, не считать капусты.
Стало так тихо, что Яге на мгновение показалось,
будто она оглохла.

— Всё пропало! Накаркала! — Яга отбросила
метлу, и та, сделав кувырок в воздухе, воткнулась
в землю. — Вот не хотела я тебя с собой брать! Как

чувствовала, что не будет от тебя пользы! Вред
один, да и только!

Тут-то и произошло нечто совершенно непонятное.

Один из кочанов закряхтел и ловко отскочил в
сторону. На мгновение почудилось, что под капустными
листьями мелькнули две маленькие ножки.

— Ой! — завопила Баба Яга, подпрыгнув. — Что
это? Ты видела? Живой кочан! Ну-ка, лови его!
Тут же из кочана раздался громкий, заливистый
смешок.
Яга ринулась к кочану:

— Иди-ка сюда, миленький, иди, хороший! Где
там у тебя алмазик?!
Вдруг кочан приподнялся на кривых ножках и
побежал по полю.

— А-а-а!— резво бросилась следом Яга, но,
запнувшись, рухнула прямо на беглеца.

Метла восхищённо присвистнула:

— Вот это приёмчик! Где это ты так научилась?

— В лесу поживёшь, и не такому научишься!.. —
Яга поднялась на ноги, крепко прижав к себе кочан.
— Теперь не убежит!

Метла вертелась рядом, тыча Ягу прутьями:

— Ну что там, что? Потряси его как следует,
авось что-нибудь и вывалится.
— Ой! — вдруг сказала Яга басом.
У неё в руках находился вовсе не кочан, а настоящий
ребёнок! Маленький, грязный и весь
в капустных листьях.

— А-а-а! — заревел малыш и схватил Ягу за нос.
Метла испуганно взмыла вверх.
— Вот тебе и клад нашли!
Нежно глядя на ребёнка, Яга прогнусавила:
— Такой маленький, такой хорошенький и главное
— один в один я! Как же его назвать? А! Вот!
Будет Ваней — в честь Ивана!
— Невелика честь! — слабым голосом возразила
метла, чувствуя, что добром это не кончится.
— Слушай, Яга, ты положи-ка лучше его обратно
в капусту. Авось кто-нибудь другой найдёт…
— Вот ещё! — возмутилась старуха, высвободив
нос. — Я Ваньку себе возьму. Кто ребёнка нашёл,
тот ему и мама! Мне давно помощник нужен.
Я триста лет этого дня ждала — гадала, высчитывала!
Всё! С этой минуты начинаю новую жизнь!
Добрую. По всем правилам.

И, сунув брыкающегося ребёнка под мышку,
двинулась к дому.

— Эй! Погоди! — заверещала метла. — Мама!
Она — мама, а я кто? Папа, что ли?!

Но Яга уже скрылась за деревьями.

Вот так у Бабы Яги ни с того ни с сего появился
Ваня. Правда потом оказалось, что ребёнок — девочка.
Но имя менять не стали. Какая разница, как
тебя зовут? Главное — что о тебе думают!

С тех пор в сказочном лесу началась новая
сказка…

Нависли над крышею кроны,
Хозяева леса не спят,
Снуют деловито вороны,
Сороки трескуче кричат.

Судачить с утра и до ночи

Сороки-вороны не прочь:

У Бабки Яги есть сыночек!

Нет, кажется, всё-таки — дочь!

А в небе снуют жаворонки,
За лесом скрипит коростель.
Из мха у девчонки пелёнки,
Солома в корзинке — постель.

Ещё одно вступление

С той самой ночи прошло целых десять лет.
В сказочном лесу всё изменилось: деревья стали
чуть толще, озёра — чуть шире, пропасти — чуть
глубже, горы — чуть выше, а чудеса — ещё волшебнее.

Баба Яга подобрела, метла помолодела, коты
потолстели, но больше всего изменилась дочка
Бабы Яги — Ваня. Капустные листья она сменила
на сарафан с лаптями, ведь ей было уже очень
много лет — то ли восемь, то ли двенадцать (точно
она не знала, так как в школу не ходила, считать не
умела). Бабу Ягу она поначалу пыталась называть
мамой, но как-то это странно звучало: Мама Яга.
Поэтому стала называть её так же, как все, — бабушкой.

Девочка с лёгкостью различала лечебные травы
и могла сварить ранозаживляющее зелье. Но настоящему
колдовству Баба Яга её пока не учила,
отговариваясь тем, что Ваня молода ещё и сложные
заклятья ей не под силу.

И вот однажды…

Вспоминать порой люблю
С радостью и грустью,
Как Ивашечку мою
Я нашла в капусте!

Сколько лет прошло? Штук пять?
Восемь? Нет, двенадцать!
Не училась я считать,
Как тут разобраться?

Ветер дул, что твой торнадо.
Птиц несло как на беду
Не туда, куда им надо,
А туда, куда он дул.

Сосны точно одичали.
Пихты, ёлки как на смех
Все топорщились, торчали
Кроной вниз, корнями вверх.

И в такие непогоды,
Коль не хочешь камнем в глаз,
Не ходи, дитя природы,
В огороды в этот час!

Глава 1.
Чудо чудное

Избушка на курьих ножках всегда славилась
своей правильностью. И уж с кем-с кем, а с ней ни
разу не происходило ничего необычного! Она, как
и все избы, старательно выполняла приказы бабы
Яги, разворачивалась к лесу задом, бегала за водой
и чистила лапы. И кто бы мог подумать, что
вся эта заваруха случится именно из-за неё?

А началось всё в ночь с четверга на пятницу.

В сказочном лесу такого кошмара не было
уже триста десять лет. Погода выдалась мрачная.
Молнии одна за другой вонзались в землю, а ветер
завывал настолько сильный, что все птицы летели
в одну сторону. Даже старый филин У-ух-ты побоялся
отправиться на охоту и сидел на чердаке
вместе с котами.

Избушка на курьих ножках, как перепуганная
лошадь, носилась по лесу.

— Да остановись ты, оголтелая! — кричала
с печи Баба Яга. Но изба будто и не слышала её
слов.
В последнее время избушка что-то совсем отбилась
от рук: то в канаве заснёт, то в трёх берёзах
заблудится. Один раз так вообще в город убежала.
Еле вернули. Баба Яга обещала привязать её
к дереву за ногу, и изба вроде стала вести себя
лучше.

— Ох, неспроста эта гроза! После такой бури
обязательно что-то случится! — чуть не шмякнулась
на пол Яга.
— Что случится? — Ваня сидела на печи под
одеялом, боясь высунуться наружу. У двери скакало
ведро, собирая капающую с потолка воду. На
столе громыхала посуда.
— Ох, не знаю. В прошлую бурю в лесу появилось
чудовище о трёх головах, а в позапрошлую
— замок в горах.
— Замок Кощея?

— Он самый. С тех пор в лесу и стали происходить
странные вещи. Всё перевернулось с ног
на голову. А теперь и того хуже будет, чует моё
сердце!
— Вот если бы я умела колдовать, то в один
бы миг в лесу порядок навела! — сказала Ваня и,
увидев, что метла спит, добавила: — Когда ты меня
будешь колдовству учить? Я уже совсем большая
— могу ушат воды принести, могу воз дров
наколоть, могу песню молодецкую спеть!
— Рано тебе ещё! Опасное это дело!
— А что может произойти?
Вот недавно что творилось —
Чуть изба не развалилась!
Ночь, грозища, ливень, град…
Аж все брёвнышки дрожат!

Эка страхи! Так ведь мало!
Дубом в молнию попало!
Вон — осталась головня.
Ну а ежели б в меня?!

Яга вдруг рассердилась:

— Рано тебе это знать! — отрезала она и нежно
погладила дочку по голове, ненароком выдернув
несколько волосков.
Ваня легла, но ещё долго не могла уснуть. Ей чудились
лесные дорожки, ведущие к Кощееву замку,
странные чудища и птицы, выглядывающие из чащи.

Буря улеглась только к утру. Когда солнечные
лучи заглянули в окно, Яга проснулась и с удивлением
обнаружила, что спит, сидя на столе и обняв
самовар. Оглянувшись, она отскочила в сторону,
будто этот самовар сам нагло к ней прилип. Затем
сделала утреннюю гимнастику для правой
ноги, выпила кринку кислого молока и щёлкнула
пальцами, прошептав волшебные слова. Дверь

открылась, Яга ринулась вперёд, но тут же
забыла, что хотела сделать.

Очень важно для Яги
Утром встать не с той ноги,
Чтоб весь день пошёл потом
В невпопад и кувырком!

Чтобы зелье не варилось,
Чтоб метла запропастилась,
Чтобы ждать дурных вестей
От непрошеных гостей.

Чтобы всё вокруг терялось,
Чтоб сама себя боялась,
Очень важно для Яги

Утром встать не с той ноги!

— А-а-а! — дико заорала она.
— Что случилось? — проснулась Ваня.
Яга высунула за дверь нос и скосила глаза от
удивления: избушка висела в воздухе! До земли
было ровно пять аршин, а если мерить в мётлах —
то ровно две с половиной метлы.

— Что это? Почему мы так высоко? — шёпотом
произнесла Ваня. Она спустилась с печи и выглянула
из-за спины бабушки. — У избы ночью ноги
так сильно выросли или она научилась летать?
Баба Яга наклонилась вниз так, что чуть не вывалилась
из избушки. Ваня схватила её за подол.

— Ничего не понимаю! — сказала Яга, распрямившись
с таким скрипом, словно была такой же
деревянной, как изба. — Мы сидим на стоге сена!
Что за диво такое?
При этих словах изба заквохтала. Пол заходил
ходуном.

— Ну-ка, слезай! Вы поглядите, гнездо себе
устроила! Эка странность! Вот курица! Ты бы ещё
себе нору вырыла! Что за наказание! Стоило мне
подобреть, так все на голову сели! То есть
на сено! Слезай, говорю!!! — Яга топнула
ногой, но избушка не шевельнулась. — Не

слушаться меня?! Бабу Ягу?! А ну я тебе сейчас
устрою!

Яга оседлала метлу, взмыла над избой и стала
кружить вокруг, размахивая руками:

— Кыш! Кыш!
Изба качнулась, съехав со стога. Но тут же подскочила
и запрыгала, хлопая ставнями, как будто
намеревалась что-то сказать. Ваня упала на пол,
больно ударившись о лавку локтём.

Так странно избушка себя ещё никогда не вела.
Гулять — гуляла, но гнёзд не вила!

Яга приземлилась в стог и, провалившись по
пояс, принялась сгонять метлой избу. Но тут удивлённо
охнула, увидев среди соломы что-то белое
и очень круглое:

— А это ёще что?
— Смотрите! Избушка снесла яйцо! — радостно
завопила метла, вырвавшись из цепких рук Яги. —
Ух ты! Ну, изба, даёшь! Представляю, какая из него
яичница выйдет! А можешь ещё одно снести?
— Глупая! Раз избушка деревянная, значит, и
яйцо деревянное! Им хоть гвозди забивай!
Смущённо скрипнув, изба остановилась. Ваня
наконец выскочила на крыльцо.

— Смотри, Ванюша, что снесла наша избушка!
Радость-то какая! — Яга подняла яйцо над головой.
В это время из-за дерева кто-то вышел, но,
увидев Ягу, нырнул обратно в зелень, пробормотав
что-то зловещее.

— Что ты раскричалась? — насторожилась метла.
— О таком событии молчать нужно, мало ли кто
может услышать! Придут, клянчить будут…
— А я и не кричу. — Яга забралась в избу и сказала:
— Вчера была буря — это верный знак! Изба
яйцо снесла не простое, а волшебное. За яйцом
нужен глаз да глаз! Из него теперь обязательно
что-нибудь вылупится.

Песенка
метлы

Где меня ни забывали:
И в опилках, и в грязи,
Мной ворота запирали,
А теперь ещё — вози!

Припев: Ты, Яга, мне не дерзи,

Ты сама себя вози!
Ведь могла бы прогуляться,
Если б не было меня.
Не ахти какая цаца,
Обойдёшься без коня!

Припев: Ты, Яга, меня не тронь!

Я — метёлка, а не конь!
До чего старуха злая:
Ночью ездит, днями спит.
Всё! Я больше не летаю!
У меня — радикулит.

Припев: Ты, Яга, меня не трожь,
Где взяла, туда положь!

Кот Мурынтий понюхал яйцо и, поняв, что
оно несъедобное, дрыгнув лапой, пошёл греться
на солнце. Яга не обратила на него никакого
внимания.

— Мне кажется, банька… — сказала она второму
коту, — …банька на куриных ножках!
— Зачем тебе баня? Ты ведь и моешься-то,
только если под дождь попадёшь или в речку
свалишься, — фыркнула метла.
— А вот вылупится банька, буду мыться каждую
неделю. Как положено! — глаза у Яги мечтательно
заблестели. Она взяла корыто, уложила
туда яйцо и, вымыв его как следует, положила
сушиться в корзину посередине избы, чуть не
грохнувшись сверху. — Нужно только заранее
веников для баньки заготовить! Еловых.
— А разве бывают еловые веники? — удивилась
Ваня.
Но ответа получить не успела. Внезапно пол
дрогнул и снаружи послышался удаляющийся
вопль.

Вот яичко не простое, очень странное:
Пусть оно не золотое, деревянное,

Но его снесла избушка куроногая.
Передумала Яга очень многое.

Как воспитывать яйцо, долго думала,
Чтобы вылупилось то, что задумала.

Найди различия между Ягой
и её отражением
в волшебном зеркале!

Как это называется,
Когда изба лягается?
Стой смирно и не тронь!
Ты хата, а не конь!

Глава 2.
Кто этот злодей?

Ох, намнут ему бока —
Всё не так у дурака!

— А-а-о-о-ы-ы! — разнеслось по лесу.
Яга распахнула дверь, сморщившись от солнца,
но заметила лишь, как что-то большое врезалось
в макушку ели и исчезло за деревьями.

Изба потёрла лапу о лапу.

— Что это было? — спросила Ваня, высунувшись
в окно.
— Ясно что, — у Яги резко испортилось настроение.
Она захлопнула дверь, едва не придавив
выпрыгивающего на улицу кота. — Нас кто-то
подслушивал!
— Кто?
— Неизвестно. Изба его ногой отшвырнула.
Может, зверь или птица какая, а может, и того
хуже — чудище лесное. К избе ведь, как к коню, с
заду не подходи — пнёт так, мало не покажется!
— Ох, чувствую, принесёт это яйцо неприятности.
Бури так просто не бывают!.. — проворчала
метла.
— Вот заладила! Чего тебе яйцо принести
может? У него же рук нет! — отрезала Яга и, открыв
дверь, втащила за хвост кота обратно.

Но метле всё равно было как-то не по
себе.

Вдруг изба снова содрогнулась. Пол заходил
ходуном. На полке взорвалась банка
с солениями. Яга, получив огурцом по лбу, подпрыгнула,
не понимая, что происходит.

— Вот оно, началось! — грозно предупредила
метла. — Говорила я тебе, не бери яйцо!
Пусть бы оно само по себе в стогу созрело.
В это же время печь зачихала, задёргалась,
и из неё вывалилась ворона, такая закопчённая,
что Ваня не сразу заметила свёрток в её клюве.
Ворона сделала два шага, выплюнула его на
пол и закашлялась.

— Это ещё что?! — взвизгнула метла.
Яга загородила яйцо, присев и расставив
широко руки.
Окинув избу взглядом, ворона каркнула и,
пробежав у Яги между ног, вылетела в окно.

— Чтоб тебя ветром сдуло! — крикнула
вдогонку метла.
Ваня подняла перевязанный красной тесьмой
кусок бересты.

— Бабуль, это, кажется, тебе! Тут твоё
лицо нарисовано.
Яга, хмурясь, развязала тесьму и
прочла:

ПОМОГИТЕ!!!

Меня поймало чудовище! Спаси меня, Яга!
Только ты можешь это сделать! Немедленно!
Я нахожусь в самой тёмной чаще, у самого

тёмного дерева, в самой тёмной хижине, в плену
у самого тёмного чудовища.
Примечание. Избу с собой не бери, в лесу полно
капканов! Очень жду!

Иван-дурак

— Ивашка нашёлся! — гаркнула Яга и прижала
письмо к носу. — Ну кто ж его, неугомонного,
просил в тёмный бор лезть?! Дурак — он и есть
дурак!
Ваня никогда не слышала о тёмном боре, но
сразу же сказала:

— Неужели это тот самый дурак, о котором
ты мне все уши прожужжала?! Так ведь ему уже
лет триста должно быть! Разве люди так долго
живут?
— Так он же дурак! — хмыкнула метла. — От
него можно чего угодно ждать.
Ваня засуетилась:

— Нужно его спасти! Скорее поехали!
— Что ты! — испугалась Яга. — В тёмном бору
темно! И сама же слышала, сплошные капканы!
Изба запнётся, ушибётся! А у нас дитё малое,
яйцо ценное!
Метла боязливо фыркнула:

— И что ты предлагаешь? На мне лететь? Я
не могу! Я темноты боюсь и летаю медленно!
Это все знают.
— Вот что, — сказала Яга, решив не спорить
с метлой, — я с этим делом сама справлюсь.
Вы дома сидите, яйцо баюкайте, мух отгоняйте!
А я Ивана пойду спасу, мне всё равно с ним
с глазу на глаз переговорить нужно, дело у нас

секретное. И нога у меня костяная, крепкая. Всё.
Сказано — сделано. Приду к вечеру.

— Бабушка, не ходи! — испугалась Ваня. —
А вдруг и тебя чудище в плен возьмёт? Я боюсь!

— Не бойся, авось обойдётся. Кому же ещё,
кроме меня, Иван-дурак нужен? — Яга взяла волшебный
клубочек ниток, нашептала на него колдовское
заклятие и с чувством обняла Ваню, так
сильно стиснув, что у той перехватило дыхание.
— Но ты ведь придумаешь, как справиться с чудовищем?
— прохрипела Ваня.
— Конечно, — без особой уверенности пообещала
Яга и скрылась за дверью.
Метла, ощетинившись, отлетела от яйца подальше,
стараясь на него не смотреть.

Найди двух одинаковых птичек-величек

Глава 3.
Веники еловые

Ничего не жди хорошего,
Если в доме гость непрошеный!

Баба Яга ушла, и в избе сразу так тихо стало,
что слышно было, как в лесу распевает выхухоль.
В это же время за деревьями кто-то зашептал:

— Яга ушла!
— Наконец-то! Уж, казалось, что она вообще
оттуда не выйдет, только ворону зря испачкали!
Кстати, зачем мы ворону туда посылали? А, вспомнила!
— У, растяпа! Ну и что ты тогда тут сидишь?
Иди, стащи яйцо, пока старухи нет дома, а я тут на
стрёме постою! Давай иди, пока не позабыла!
За деревьями хрустнула ветка, кто-то двинулся
к дому.
Тем временем в избушке Ваня заботливо подложила
под яйцо подушку.

— А что если бабушка заблудится? — спросила
она у метлы. — Мне как-то неспокойно.
Метла и слушать не стала:

— Вот ещё! Яга лес знает, как изба свои
три пальца.

Внезапно дверь отрылась. Ваня подскочила на
месте. Коты зашипели. В дверях возникла странная
пучеглазая особа с зелёными волосами. В её
огромных глазах Ваня отражалась целиком.

— Ты кто? — резко спросила она, уставившись
на Ваню. — И что ты здесь делаешь?
— Я — Ваня. Я здесь живу. А вы кто?
— А ты что, сама не видишь? — удивилась метла.
— Кикимора это, с болота. Эй, Мокрица, ты это
зачем пришла?
Кикимора, увидев метлу, растерялась:

— Мне Яга нужна…
— А она в лес пошла, за вениками, — сказала
Метла, пытаясь закончить разговор. — Иди в лес
и ищи её там. А у нас нет времени с тобой разговаривать!
Метла попыталась вымести Кикимору, но та,
уцепившись за дверь, крикнула:

— Зачем вы меня путаете? Хотите, чтобы я всё
позабыла? За какими ещё вениками? В лесу веники
не растут!
— За еловыми! — ляпнула метла.
Кикимора, увернувшись от метлы, прыгнула за
Ваню.

— А зачем это, интересно, Яге понадобились
еловые веники? Мне это подозрительно!
— Ясно зачем! В бане париться!

— Еловыми вениками? Она бы ещё еловыми
корешками парилась! Что за глупости?
Постой-постой, так ведь у Яги бани нет! Обманываешь?
— И ничего я не обманываю! — задрожала от
гнева метла. — А баня у нас скоро вылупится из
этого яйца! То есть нет, никакого у нас яйца нет!
Но было поздно: Кикимора увидела яйцо, и в
глазах у неё мелькнули зелёные искорки.
Метла поняла, что ляпнула лишнее, и закричала
что есть силы:

— И бани у нас нет! И веников тоже! Вот Яга за
вениками и пошла, потому что у нас их нет. А нарвёт
— будут! А будут веники, будет и баня!
Раздался всплеск. Кикимора заметалась по
комнате:

— Нас подслушивали! — И, схватив корзину
с яйцом, спрятала её под стол.
Ваня оглянулась в поисках того, кто мог бы
подслушать.
Где-то недалеко послышалось журчание, будто
кто-то лил воду из ковша.
Тут случилось чудо. В дверном проёме прямо
из воздуха появился маленький толстый человечек,
такой прозрачный, что, казалось, был сделан
из воды.

— Водяной? — догадалась Ваня.

— Не ждали? — пробурчал Водяной. — Уже весь
лес говорит, что вы здесь день рождения празднуете,
а меня как всегда никто никуда не позвал,
никто обо мне не подумал. Не стыдно?!
— Его только не хватало! — закатила глаза Кикимора.
Метла преградила дорогу Водяному, но тот
просочился сквозь неё.

— Чей день рождения? — спросила Ваня.
— Яйца, конечно. Сороки кричат, белки фырчат,
дятлы стучат — все знают! Яга идёт по лесу, всем
рассказывает, хвастается. Добрая такая! Вежливая!
Даже странно…
— У-у-у! — с досады воскликнула Кикимора. —
Не верь ему! Он врёт! Он всегда врёт. Наврёт, а сам
испарится! Знаю я его! Скользкий тип!

Водяной бросил на Кикимору водянистый
взгляд, и появилось ощущение, будто он видит её
насквозь.

— Значит, Мокрицу позвали, а меня выплеснули.
Нет уж! Налили, так уж пейте, пролили, так уж
вытирайте, а уж если начали праздник, так уж
гостей принимайте! Как положено! Сейчас
ещё гости подтянутся. Танцевать будем!
Вприсядку!

Метла подлетела к Ване и буркнула ей на
ухо:

— Гнать таких гостей надо, не жди от них
добра! Уж как присядут, так на месяц, а потом,
того и гляди, прилягут на год!
— Ну нет!— булькнул Водяной. — Если вы
меня сейчас же не напоите, я засохну! А сушёный
Водяной никому не понравится!
— Много пить вредно! — рассердилась
метла.
Кикимора подхватила яйцо и, прижав к себе,
сказала:

— Правда, давайте отмечать день рождения,
а я пока пойду на улицу, с новорожденным
погуляю, пусть он подышит.
— Много гулять вредно! — воскликнула
Метла. — И есть много тоже вредно!
— И правда, как-то нехорошо получается,
— сказала Ваня Метле. — У нас действительно
праздник — день рождения, нужно
гостей угостить, если уж пришли. А пойдёмте
все на поляну? Я стол накрою, заодно и бабушку
дождёмся. Может, она даже и не одна
вернётся.
— А с кем? — насторожилась Кикимора.
— С вениками! — отрезала метла.
Кикимора подхватила яйцо и выскочила
на улицу.
Метла, почувствовав недоброе, рванула
следом.

Я — Водяной, чему не рад:
Чтоб мне в реке остаться,
Всё время надо плыть назад
И там сопротивляться.

Ведь о желании твоём
Река тебя не спросит
И, разлучив тебя с жильём,
И сносит, и уносит.

Устанешь, ляжешь на покой,
Где будешь утром рано?
И так несёт тебя рекой
До моря-океана.

Глава 4.
Небывалые гости

Позавидуешь судьбе
Тех, кто хоть немножко
В деревянной жил избе
На куриных ножках.

Кикимора выскочила из избы и,
прихватив яйцо, поскакала к лесу.

— Стой! — догнала её метла. — Куда
направилась?
— Я гуляю!
— А ну положи яйцо в корзину!
Кикимора, что-то бормоча, неохотно
подчинилась.
Из избы, стуча ножками, один за другим
выскочили стол и скамейки и встали
посреди поляны.

— А вот и скатерть заветная! — объявила
Ваня, вообразив, будто никто ни разу
не видел скатерти-самобранки.

Гости и правда очень удивились, когда на столе
на огромном расписном блюде появились утка,
украшенная румяными яблоками, огурчики в кринке,
опята и всяческие варенья для торжественного
случая, калачи, бублики…

— Это что? — недовольно фыркнула Кикимора,
усевшись рядом с яйцом.
— Ой, простите, перепутала! — крякнула скатерть.
Угощения исчезли, и вместо них появились
зелёные лепёшки, песочные котлетки, глиняные
рожки и куча всяких непонятных и очень странных
продуктов.

Кикимора радостно хмыкнула и тут же запихала
лепёшку в рот. Коты и филин тоже прибежали
праздновать и уселись каждый на отдельную табуретку.
Но им угощение не понравилось.

— Сидят уже! — сказал кто-то. — Позвать даже
поленились. Обо всём приходится самому догадываться!
Ване сначала показалось, что скрипнула дверь, —
так странно прозвучал голос. Она завертела головой,
но никого не увидела.

— Ишь ты! Леший вылез! — обрадовалась
Кикимора. — Я уж думала, ты ссохся! Давно не
виделись, лет сто, наверное. Проходи, садись за
стол.
— Да разве это давно?! — ответил тот же голос.
— Вот один раз у меня такое давно было, что
я его давно позабыл!

Ваня смотрела туда же, куда и Кикимора, но
никого не видела. Вдруг от одного из деревьев
отделился кусок коры и стал приближаться. От
удивления Ваня открыла рот. Что за наваждение
такое? Оказалось, что это вовсе не кусок дерева,
а маленький широкоплечий человечек с до того
морщинистым и коричневым лицом, что казался
куском коры. На голове у него росли пучок жухлой
травы и какие-то грибы, а торчащие с боков ноги
напоминали корни старого пня.

Леший подковылял к столу, буркнув нечто
среднее между «Здрасьте!» и «Чего вылупились?»,
и вскарабкался на лавку рядом с Кикиморой.

— А ложки где? — хмыкнула Кикимора.
— Чем кушать-то?
— И квасу, квасу дайте! — скрипнул
Леший. — Трава вянет, грибы сохнут! Меня
полить надо. Квасом!
Нарисуй угощение

У Бабы Яги был припасён бочонок с квасом. Он
стоял на чердаке уже много веков, и Яга не решалась
его пить.

Ваня юркнула в избу, а когда вышла, за столом
появился ещё один новый гость.

Рядом с Лешим, так близко, едва не сталкивая
его со скамейки, сидел тощий тип и улыбался тонкой
лягушачьей улыбкой.

Вот его-то Ваня никак не думала увидеть. Она
сразу поняла кто это, хотя никогда раньше его не
видела. Всё, как описывала бабушка.

Кощей Бессмертный был очень худ и высок.
Одет эффектно. В серебряной короне и ослепительно-
золотых латах. Интересно, как он выбрался

из своего замка? Ведь, как извест

но, замок окружает пропасть и

невозможно попасть в него, и

невозможно оттуда выбраться.

Кикимора удивлённо моргнула:

— А я думала, ты заржавел!
— Пора бы уже приступить, — сказал Кощей,
не обратив внимания на её высказывание. Он снял
железные перчатки и, запустив руку себе под латы,
извлёк оттуда помятый букет репейника.
— А где Яга? У меня для неё сюрприз!
Кикимора выхватила букет, повертела в руках и
со словами: «Прицепится же такое!» метнула его
в кусты.

Кощей жутко смутился, так и не получив ответа.

— Ой! — раздалось из-за куста. — Ой-ой!
— А там ещё кто? А ну выходи! — испугалась
Ваня.
Из-за куста медленно поднялась на толстой
шее зелёная голова Змея-Горыныча.

— Это мы, — сказал он, стряхнув букет. — Чего
кидаетесь?

— О! Горыныч приполз! Я уж думала, ты так растолстел,
что и шагу ступить не можешь! Ну, коль
досюда дополз, доползи и до стола! — мило протянула
Кикимора. Похоже, ей было совершенно
всё равно, что хозяйка тут Ваня.
— Мы не толстые, мы упитанные, — возразил
Горыныч. — А вылезать стесняемся.
— Вот дурак-то! — хмыкнул Леший. Его сучковатый
нос вырос вдвое и уже обнюхал весь
стол. — Ну и пусть там сидит и молчит в три тряпочки.
Нам больше достанется! — И Леший пододвинул
бочонок поближе к себе.
Кощей насупился.

— Это кто дурак-то, кто дурак?! — высунулась
средняя голова. — У нас три головы, значит, мы в
три раза тебя умнее, в шесть раз лучше слышим
и в миллион раз красивше!
— А третья голова где? — спросила Ваня.
— А меня дома забыли! — выкрикнула третья
голова и ещё глубже зарылась в зелень.
— А в честь чего мы, собственно, собрались? —
вдруг поинтересовался Кощей.
Метла аж крякнула:

— А ты зачем пришёл?
— Ну хватит, хватит! — оборвала Ваня. — У нас
действительно праздник. Избушка снесла яйцо,
и мы празднуем его день рождения.
— Не верю! — сказал Кощей.

— Враки! — подтвердил Леший. — Изба — не
курица, яиц не несёт! Она должна метать икру.
Я знаю.
— Да я вам его сейчас покажу! — воскликнула
Ваня и подняла яйцо повыше, чтобы его видели
все.
Ох, лучше бы она этого не делала…

У Горыныча от удивления перепутались шеи.
Помоги головам разобраться, откуда они растут.

Глава 5.
Очень тёмная чаща

Как Иван сюда залез?
И откуда этот лес?

Баба Яга даже и представить не могла, сколько
гостей собралось у неё дома и что кое-кто из её
знакомых замыслил недоброе.

Клубок, показывающий дорогу, остановился,
упёршись в дерево. И Баба Яга
оказалась у самой тёмной чащи.

— Эй, чудовище! Отдавай Ивана! —
крикнула Яга.

Чаща задрожала от её слов, ощетинившись
ветвями. С деревьев посыпались сучки.

Яга попыталась что-нибудь разглядеть за деревьями,
но они стояли так тесно, словно забор
вокруг огорода.

— По-моему, легче печку в игольное ушко затолкать,
чем пролезть через эту гребёнку, — пробормотала
Яга.
Со свистом, выдохнув, чтоб стать немного
тоньше, Яга стала протискиваться между стволами,
чувствуя, что вот-вот застрянет. Деревья всё
плотнее и плотнее сжимали её. Становилось всё
темнее и страшнее. Внезапно чаща закончилась,
будто специально выкинув из себя Ягу, которая
не успела даже оцарапаться, только нацепила несколько
капканов на подол, и всё.

Чаща оказалась просто крохотной – десять
шагов вдоль, а поперёк и того меньше.
Отряхнув с себя труху и вырвав из причёски
сухой сучок, Яга задумалась:

— Что за чаща такая непонятная? Что за колдовство?
Думаете, я никого не вижу? В ветках птицы
прячутся, из-под корней суслики таращатся. Напугать
меня решили?
Яга вновь стала пробираться между деревьями,
но вылетела из чащи так же быстро, как и вошла.

— Ничего не понимаю! — пробормотала она. —
Что это такое?! Тут, кроме деревьев, ничего нет!
И где же прячется тёмное чудовище?

Во вcём этом предстояло разобраться.

Залихватскаямолодецкая

Кто, скажите, с дураком
Не знаком?
Не удержишь дурака
Под замком!
Не лежится дураку
На боку —
Снятся битвы да мечи
Дураку.

Может, в чащу он забрался
Со сна?
Он ведь может заплутать
В трёх соснах.
Видно, так уж повелось
На веку,
Что остаться дураком
Дураку.

То спасает он царевну
За так,
То гоняет по деревне
Собак —
Не найдёт себе он дела
Никак.
Ну да что тут будешь делать —
Дурак!

Глава 6.
Тайна деревянного яйца

Не осталось и костей
После этаких гостей.

Увидев яйцо, одна из голов Горыныча упала в
обморок. Кощей закашлялся, Леший отвёл глаза
в сторону, а Кикимора запела.

Гладкое деревянное яйцо на солнце казалось
немного жёлтым. Избушка, гордая своим ребёнком,
заскрипела, приосанившись.

— Тьфу ты, бревно отполированное! — гаркнул
Леший. — Вот уж невидаль! Видал я такую невидаль,
которую вообще никто не видал!
— Нет, это не бревно! Это настоящее деревянное
яйцо! — принялась объяснять Ваня. — И у него
секрет есть, мне Яга рассказала.
— Что за секрет? — выпалила Кикимора. —
Обожаю секреты! Я их потом продаю за большие
деньги.

— И не просите рассказать, бабушка на меня
рассердится. Вот придёт, сама расскажет! — воскликнула
Ваня.
— Вот ты как, значит, к друзьям своей бабушки
относишься?! — обиделся Леший.
— А вы разве друзья? — удивилась метла.

— Лучшие! Или ты, метёлка, сомневаешься?
— Ладно. Так и быть, если уж вы такие друзья,
то расскажу, — согласилась Ваня.
И в полной тишине открыла тайну:

— Это яйцо не простое, а волшебное. Из него
можно вырастить всё что угодно. Хочешь — сарай,
а хочешь — дворец. Всё дело только в правильном
воспитании. Ведь всем известно: что в ребёнка
вложишь, то из него и вырастет. Бабушка из него
баньку вырастит! Настоящую! На курьих ножках.
Будет за избушкою следом бегать.
— Понятно, — кивнул Кощей, — чем накормишь,
тем и станет!
— Какая прелесть! Подари мне его! — попросила
Кикимора. — Мне тоже банька нужна! Если она,
конечно, потом не треснет, как яичная скорлупа.
Вот будет потеха!
Ваня затрясла головой:

— Что ты! Как же я могу мать с дитём разлучить!
Избушка не переживёт. Да нам и самим яйцо надобно.
Кощей и Леший, мило кивая Ване, принялись
пинать друг друга под столом.

— Красивое яйцо! — чавкнул Горыныч. — Круглое!
А можно его съесть?
— Нет! — вскрикнула Ваня, отодвинув яйцо
на другой край стола. — Всё остальное кушайте,
пожалуйста, гости дорогие.

Не успела Ваня договорить, как Кощей и Леший
забились в безмолвной яростной схватке за
бочонок.

— Кушать! — радостно воскликнул Горыныч
и, подмяв под себя куст, вылез наружу, давя мухоморы.
Змей оказался огромным и упитанным.
Удивительно, и как только он сумел спрятаться
за такой маленький кустик! Его головы росли из
толстенького тельца с лоснящейся кожей. Складки
жира начинались на ушах и заканчивались только
на кончике хвоста. Впрочем, это касалось только
двух голов, а третья, самая стеснительная, была
тощей и постоянно жаловалась на недоедание.
Вероятно, от своей полноты Горыныч не любил
подниматься в воздух и в основном передвигался
пешком.

Перекатываясь с ноги на ногу, Горыныч направился
к столу. Все три головы жадно сглотнули и
ринулись всасывать в себя всё, что попадалось
на их пути. Коты кинулись прочь. Филин взмыл
в воздух.

— Что вы делаете? — взвизгнула Ваня, глядя,
как средняя голова заглатывает самовар.
В это время Водяной перевернул в себя миску
с грибами, зевнул, превратился в ручеёк, стёк
со скамьи и исчез за мухоморами. Никто и не
заметил, как он пропал.

Ваня схватила пирог, спасая его от ненасытного
змея.

Тем временем Кощей с Лешим повалились на
траву, перевернув скамейку, и стали там кататься,
так и не отпуская бочонок.

— Что делают! Что творят! — кружила вокруг
метла.
Пробка из бочки вылетела, и оттуда вырвалась
струя кваса. Леший, выхватив бочку,
принялся бегать по поляне, уворачиваясь от
громыхающего по пятам Кощея и обливая всех
квасом.

— Это что ещё такое?! — из леса вышла Яга.
Весь подол её сарафана украшали капканы, и
каждый шаг сопровождался звоном. Ивана-дурака
с Ягой не было. Веников — тоже. — Кто вас
сюда звал?

— Отдай скатерть! — заорала Ваня. — Бабушка,
он скатерть жрёт!
Но она опоздала. Скатерть бесследно исчезла
в левой, самой стеснительной и тощей, голове
Змея — той, которую дома оставили.

— Перестаньте немедленно! — рявкнула Яга
так громко, что по поляне пошёл ветер.
Горыныч отскочил от стола, смущённо икая.
Леший остановился, на него тут же налетел Кощей
и выхватил пустой бочонок.

— Что ты наделал?! — завопила старуха на
Горыныча. — Ты зачем скатерть сожрал?
Горыныч снова икнул и попятился. По его
мордам пошли красные пятна.

— Извините, это вышло случайно, — пробормотала
правая голова, глядя куда-то в небо.
— Было очень вкусно! — буркнула средняя.
— Жаль, что ничего не осталось.
Старуха сжала кулаки и пошла на Горыныча.
Такой рассерженной Ваня ещё её никогда не
видела.

— Ой!.. — икнула левая голова. — Нам пора,
до свидания!
И Горыныч, развернувшись, неуклюже побежал
прочь, так что под ним трава задымилась.

— Стой! — завопила Яга, и, отодрав с подола
капкан, швырнула его вдогонку. Но промазала и,
свирепо сжав кулаки, обернулась.

— А где веники? — спросила Кикимора, быстро
моргая глазами и опасаясь, что следующий капкан
полетит в неё.
— Какие ещё веники? — не поняла Яга.
— Еловые!
— Нет у нас никаких веников! Ни еловых, ни кедровых!
Хочешь подмести, возьми метлу! — крикнула
Яга. — Что здесь вообще происходит?
Леший, воспользовавшись моментом, выхватил
у Кощея бочку. Но, поняв, что в ней ничего нет,
страшно огорчился.

— Всё! Вы меня расстроили! — признался Леший.
— Кваса не дали, самовар сожрали, я домой
пойду.
— Посидели бы ещё, — робко предложила Кикимора,
пятясь от Яги.
— Ну уж дудки!
Леший прихватил плошку с пирогами, подумал,
взял банку с вареньем и пошёл прочь.

— Эй! — крикнула Яга. — Варенье-то куда потащил?!
Но Леший вдруг исчез, затерявшись где-то
между деревьями, будто его и не было.

— Бабуль, как же мы теперь без скатерти-
самобранки? — растерянно
спросила Ваня.
Яга пробурчала нечто неразборчивое.

— Да, попраздновали! — хмыкнула метла. —
Посуду сожрали, мебель поломали. А ты Ивана-то
нашла? Иван-то где?

— Нет там никакого Ивана, — горько сказала
старуха, — и чудовища нет… Ничего нет! Ума не
приложу, что всё это значит. Загадка за загадкой:
то буря, то яйцо, то Иван, а теперь ещё Горыныч
отличился… Совсем закабанел, зелёный, без человеческого
надзора.
Но и это было ещё не всё. Главный сюрприз
ожидал их впереди.

— Ой! — хрипло заголосила метла. — Украли!
Караул!

Глава 7.
Кража

Как яйцо я берегла,
Как переживала!
Отвались, моя нога,
Ведь яйцо пропало!

Деревянного яйца нигде не было. Будто сквозь
землю провалилось.

— Наследника украли! Баньку нашу невыращенную!
— заголосила Яга, звякая капканами.
Друзей Яги как ветром сдуло. Только Кощей,
зацепившись латами за куст, никак не мог отцепиться.

— Может, оно закатилось куда? — Ваня оглядела
поляну.
Избушка заскрипела и вдруг с грохотом повалилась
на землю. Из-под крыши донёсся какой-то
хлюпающий звук. Изба вздрагивала, вздыхала,
всхлипывала, и казалось, вот-вот развалится по
брёвнышку. Ваня никогда не видела, как плачут
избушки, и почувствовала себя очень неловко.

— А я говорила, — назидательно сказала метла,
— не нужно было их в дом пускать. Это всё
Кикимора!
— Кхе-кхе!
Ваня подскочила на месте. Оказалось, что Кикимора
спряталась под столом. Выбравшись, она
тут же заныла:

— Это что за намёки? Это не я! Я не знаю, кто
это сделал!
Яга обняла крыльцо, утирая нос шерстяным
платком:

— Изба не перенесёт такого горя! Всё-таки
дитятко родное! Хоть и деревянное. Если мы не
найдём наше яйцо, то избушка развалится! Где мы
будем жить?
Кощей наконец-то отцепился от куста и тихонечко
побрёл прочь, испугавшись, что сейчас все
начнут напрашиваться жить к нему в замок. А он
привык к одиночеству, длинным, скучным вечерам
и безрадостной жизни.

— Не печалься, избушечка, мы найдём твоё
дитя! — Ваня подошла к избе и погладила её по
брёвнам.
— Да как ты его найдёшь? — Яга вдруг подскочила
к Кощею, и, зарыдав, уткнулась ему носом
в грудь.
Кощей аж подпрыгнул:

— Ты, Яга, поосторожней, а то ноздри ушибёшь!
У меня костюмчик-то железный, новенький, в прошлом
веке на заказ кузнецом выкованный.
Яга ещё сильнее зарыдала, обняв Кощея за
шею. И даже зачем-то дрыгнула костяной ногой.

Что тут началось! Метла присвистнула и грохнулась
на траву, избушка отчаянно скрипнула, коты
заорали, филин заухал, а Кощей, боясь заржаветь,
попытался отцепить от себя Ягу.

Ваня, не выдержав, крикнула:

— Перестаньте плакать! Бабушка! Изба! Метла!
Прекратите! Если мы будем опускать руки, то никогда
не найдём наше яйцо!
— А разве его можно найти? — тут же перестала
реветь Яга.
— Конечно! — сказала Ваня, правда сама ещё
не представляя, как это можно сделать. — Сейчас
мы это дело вмиг распутаем. Кто последним видел
яйцо?
— Гм-м-м… — многозначительно протянул
Кощей.

Ваня продолжила:

— Яйцо, как я помню, лежало на
подушке у самовара, я его туда положила.
Что было потом?
— Потом я его оттуда передвинула,
— всхлипнула Кикимора, — на
другой конец стола. От Горыныча!
Или к Горынычу… Я не помню! У меня
голова от воспоминаний ломится! Всё
не удерживается.
— У-у-у, бестолочь! — хмыкнула
метла.

— Что случилось после этого? — Ваня принялась
расхаживать по поляне. — Сразу же после
этого Леший с Кощеем принялись носиться друг
за другом, а Горыныч…
— Горыныч сожрал нашу скатерть, — вставила
Яга. — Где нам теперь добыть новую? Что за день
такой — сплошные потери!
— А я вам говорил! — воскликнул Кощей,
со скрежетом отпихнув от себя Ягу. В её руке
осталась его перчатка, но Кощей этого не заметил:
— Говорил, что Горыныч — обжора! Вот он
яйцо съел, и сбежал по-быстренькому. Теперь его
разве найдёшь?
— Кого найдёшь? Яйцо?
— Горыныча!
— А чего его искать-то?! Вон он какой след
из помятых коряг да сухостоя позади себя оставил!
— махнула перчаткой Яга.

— Так нужно его скорей догнать,
пока он яйцо не переварил!
— Ваня схватила метлу и
кинула её в избушку. — Скорее
едем к Горынычу!

— После обеда? — удивился
Кощей. — А вы знаете,
какой он злой после
еды? Он же нас всех огнём
спалит да проглотит вместе
с избушкой. Нет! Я к Горынычу
не пойду. Вот если бы

к Лешему, это ещё куда ни шло… А к Горынычу
— ни за что на свете!

— Да, он такой злой, что всех мигом
растерзает! Если, конечно, после обеда с места
сдвинется, — вставила Кикимора. — Вот мой вам
совет: забудьте о яйце, будто его и не было.
— Да ты что, Кощеюшка! Да как же мы без
тебя Горыныча одолеем? Вот к нему триста лет
назад Иванушка отправился да так и не вернулся.
А ведь яйцо такое не каждый день нарождается.
Это же самое что ни на есть волшебство произошло.
Представляешь? Накормлю я его ушатами
и ковшами, и вырастит из него банька на курьих
ножках! Ну помоги, Кощеюшка! К тому же у меня
ещё один бочонок с квасом остался, поговоришь
с Горынычем — бочонок твой.
Кощей задумался, по лбу волнами пошли морщины,
видно было, что в голове у него идёт какаято
сложная работа.

— Ну хорошо, уговорили, — смилостивился
Кощей. — Только пирожки я тоже заберу. Мне они
в замке одинокую жизнь скрасят. Я всё-таки не
какой-то там… Я — почти герой! Уж если надо, помогу.
Тем более что квас у тебя очень уж вкусный!
Едем, но, ежели он сильно свирепствовать будет,
я за себя не отвечаю.
— Мы за тебя ответим, — пообещала Ваня.
Избушка принялась квохтать и встала, переминаясь
с ноги на ногу. Солома на её крыше растрепалась,
дверь скрипела.

Без лишних разговоров все запрыгнули внутрь.

Кикимора села на сундук, Кощей — на лавку
у двери.

— Сквозняк у вас тут, — сказал он брюзгливо,—
простыну я.
— Разве это сквозняк? — хмыкнула метла. —
Вот подожди. Сейчас изба побежит — так задует,
что тебя вообще с лавки сдует!

Ваня села за стол и вцепилась в столешницу
руками. Яга бодро запрыгнула на печь.
Кощей хотел что-то сказать, но тут же забыл
об этом.

— Ну что? Готовы? — крикнула Яга и, не дожидаясь
ответа гаркнула: — Неси меня, изба, через
овраги и леса, через пни, болота и ещё через
чего-то!
Изба сильно качнулась и рванула с места гигантскими
скачками. Коты на печи жалобно заворчали.
С полки слетел горшок и разбился о Кощееву
корону.

Кощей, со звяканьем завывая, сместился
к краю лавки.

— Че-е-го э-это та-а-ак трясет?! — прокричал
он, упершись ногами в пол, а руками в потолок.
— А-а-а ты чего хотел? — крикнула Яга. — Это
тебе не ковёр-самолёт и не сапоги-скороходы!
Главное, пока изба бежит, лицо руками не трогать,
а то, того и гляди, в глаз попадёшь!

Кощей сглотнул и, почувствовав
себя плохо, отвернулся. Как назло это
все заметили:

— Дядя Кощей, а почему у тебя лицо
такое странное? — звонко спросила
Ваня.
— Это его тоска зелёная гложет! —
хихикнула метла.

— Ну что, Кощеюшка, придумал, как
яйцо у Горыныча достать? — поинтересовалась
Яга.
Но Кощей ничего не ответил, будто
у него ничего и не спрашивали.

— Может, средство какое есть волшебное? —
поинтересовалась Ваня.

— Тут не средство, тут хитрость нужна, чтобы
Горыныч нас огнём не пожёг и ногами корявыми
не потоптал, — объяснила метла.
Ваня страшно расстроилась, что не знает никакой
хитрости. А что если правда — Горыныч спалит
их, прежде чем они успеют слово сказать?

Вдруг Ваня услышала какое-то бульканье. И тут
же обнаружила, что напротив неё сидит Водяной
и радостно шевелит влажными ушами.

— Как вы здесь оказались? — воскликнула девочка.
— А и сам не знаю, — схитрил Водяной.
— Ну всё, теперь от него не отвяжешься! —
хмыкнула метла, глядя на Водяного. — И толку
от него нет, жижа сплошная: что в нутрях — то и в
мозгах.

Водяной, беспечно булькнув, уставился в окно.
И тут Ваня увидела, что избушка несётся к огромной
чёрной горе. Словно маленькие искорки,

Помоги избе дойти до скалы.
Помоги избе дойти до скалы.Помоги избе дойти до скалы.

поблёскивали на ней вкрапления золота и драгоценных
камней. По ним одна за другой бегали
вороны, пытаясь отковырять сверкающие кусочки.
У подножия находилась тщательно вытоптанная
пещера — логово Горыныча. Когда-то давно Змей
утаскивал туда своих пленниц, а лихие богатыри
рубили ему за это головы. После чего головы отрастали
вновь и страшно чесались.

Избушка подбежала к горе и присела за
огромным валуном, чтобы её из пещеры не было
видно.

— Приехали! — воскликнула Яга. — Кощей,
ты у нас единственная защита! Иди к Горынычу и
завяжи ему шеи узлом! Но прежде отними деревянное
яйцо!
Кощей встал с лавки и покачнулся. За время,
пока они ехали, он стал ещё зеленее.

— Укачало! — пожаловался Кощей.
— Ну и хорошо, что укачало. Так ты в два раза
страшнее выглядишь! Горыныч тебя вмиг испугается.

Глава 8.
Золотая гора

Бежит изба, шатается
На курьих на ногах,
В ней печь вот-вот развалится,
А на печи — Яга.

Ваня спустилась на землю и выглянула из-за
поросшего серым мхом уступа. Огромная пещера
выглядела щелью в горе. Около входа, занаве

шенного тканым ковром, валялась груда рыбьих
костей.

— Бесполезное это дело! — сказал Кощей, выпрыгнув
из избы. — Ну да ладно, попробую. Эй,
меч-кладенец, лети сюда, победи врагов моих!
Над лесом пронёсся свист, и несколько ворон
с перепугу свалились с горы.

И тут прямо в руки Кощею прилетел меч. На рукоятке
сверкали камни, а лезвие украшала надпись:
«Меч-кладенец».

Кощей двинулся к пещере. В одной руке он сжимал
меч, а в другой — подаренную Ягой корзину,
доверху набитую пирожками. И вдруг, остановившись,
прошептал:

— Слышите храп? Теперь Горыныча семь лет
и семь месяцев нельзя будить. Даже пытаться не
стоит. Ваше яйцо съедено. Мы его только разозлим.
А ведь ничего нет опасней разозлённого,
невыспавшегося Змея.
— А вдруг у него яйцо в горле застряло? Тогда
мы заставим его выплюнуть!
— Ты что, Кощей, боишься? — удивилась Яга.
— Я никого не боюсь! — шикнул Кощей. — Отойди,
девица! Сейчас я его на бой вызову!
Он отстранил Ваню и бросил корзинку на траву.

— А что это ты так тихо говоришь? — спросила
Яга.

— А это у меня манёвр такой. Во сне Горыныч
слышит только шёпот.
— Это правда! — закивала Кикимора. — Я гдето
это слышала или не слышала. Не помню…
Кощей, крутя мечом, боком подскочил к
пещере и, замахнувшись, торжественно
прошептал:

— Выходи, Змей! Твой меч — моя голова
с плеч! То есть нет, наоборот, я же бессмертный.
Выходи! Мой меч — твои головы
с плеч!
Найди 10 ворон
5 цыплят и
1 страуса

Никакого ответа. Кощей взмахнул мечом и
позвал ещё тише:

— Эй! Кому говорю! Я два раза повторять
не намерен! Мигом твою гору по камешку разнесу.
Или ты меня не уважаешь?
Из пещеры донесся оглушительный храп, и
мощный порыв ветра чуть не сбил Кощея с ног.
Тот сильно накренился, но устоял.

— Что ты! Что ты! Нельзя змею голову рубить!
— засуетилась Яга. — К этим башкам мы
уже привыкли, а вырастет новая — ещё неизвестно,
что она скажет!
— Тогда я разрублю его напополам!
— Что ты! Тогда из каждой половины вырастет
по Горынычу! Он один-то не подарок,
а вдвоём они такого натворят — страшно подумать!
Кощей взвизгнул, но тут же прикрыл рот
ладонью и пробормотал:

— Тогда я порублю его на сто мелких кусочков!
— Час от часу не легче! И что мы, по-твоему,
будем делать с сотней мелких, разгневанных
Горынычей, табунами носящихся по лесу?
Кощей задёргал ушами, так что корона вместе
с париком сдвинулись на нос.

— Яга, ты хочешь, чтобы я яйцо спас или
нет?

— Конечно, хочу, козырный!
— Ну вот и не мешай! Выходи, Змей, на честную
битву! Сдавайся сразу! Это будет честно.
Из пещеры донёсся очередной раскат храпа.

— Дрыхнет! — обрадовавшись, заключил Кощей.
— Яйцо сожрал и переваривает, как удав.
Теперь его оттуда ничем не выманишь.
— Ну тогда я домой пошла! — радостно крикнула
Кикимора.
Но тут гора вздрогнула, и лес потряс голос проснувшегося
Горыныча:

— Чу! Чую дух вражеский! Это кто тут по моим
владениям ходит? Кто мой сон нарушает?
Яга засуетилась и толкнула Кощея в спину:

— Иди сражайся, брильянтовый! Настал твой
час! Ослепи короной золотой, порази его силой
могучей, постучи по нему мечом закалённым! Пущай
он испугается!
Кощей, зажмурившись, замахнулся. Латы противно
скрипнули, отчего у метлы ощетинились прутья.
Кощей переменился в лице и вдруг заорал:

— Что это такое?! Я, кажется, заржавел!
Он попытался опустить меч, но его латы страшно
заскрежетали, а руки так и остались висеть
в воздухе.

Яга тряханула Кощея:

— Что же это ты, Кощеюшка, в самый ответственный
момент! Ну иди, а то он сейчас выскочит!

— Не знаю! Наверное, водяной на меня надышал,
вот я и отсырел! Мне надо в замок, срочно
смазаться!
— Кто это в гости ко мне на обед пожаловал? —
заколыхался ковёр на пещере.
Кощей наклонился, подцепил, мечом корзину,
развернулся и побежал.
Изба, суетливо подскакивая, преградила ему
дорогу, стуча ставнями.
Яга кинулась наперерез. Кикимора спряталась
за избу.

— Касатик! Как же ты так? В самый ответственный
момент? Давай я поплюю слюной заговорённой,
может, руки-то и опустятся?
— А может, его сливочным маслом смазать?
У нас его целая кринка, — предложила Ваня.
— Издеваешься? — рассердился Кощей. —
Меня теперь только специальное машинное масло
спасёт. Нельзя терять ни секунды, ещё чуть-чуть,
и у меня ноги заржавеют. Я чувствую, уже начинается.
Мне срочно в замок нужно!

— Вот беда-то! Час от часу не легче! — расстроилась
Яга.
Из пещеры вылетел мощный порыв ветра, и
послышались тяжёлые шаги.

— Как же вы теперь в свой замок доберётесь?
— неожиданно для самой себя спросила
Ваня. — Это же так далеко!

— А у меня секрет есть, — уклончиво сказал
Кощей.
— А может, салом смажем? — крикнула
Яга, но Кощей уже исчез из виду.
— Бабушка, давай Лешего на помощь позовём
или водяного? — предложила Ваня.
— Не успеем! — пробормотала Яга, глядя,
как из пещеры показалась голова Горыныча
и издала оглушительный вой.
Кощей говорит, что совсем заржавел,
Наверно, сырого немного поел,
А может быть, это от злости
Скрипят его старые кости.

Ему надо ржавчину щёткой скоблить,
А в уши машинного масла налить —
Кощеев от ржавчины часто
Спасает машинное масло.

Глава 9.
Горыныч разбушевался

Меня, когда был молодым,
Боялись власти.
Летал, пускал огонь и дым
Из страшной пасти.

Под лапами разбушевавшегося Горыныча затряслась
земля.

— А, так вот кто мой сон нарушил! Вот кто по
моим землям ошивается! — заорал Горыныч и,
щурясь от солнечного света, вывалился из пещеры.
— Где тот молодец, который со мной решил
насмерть сразиться?
Ваня так испугалась, что чуть не кинулась наутёк.

— Ну что ж, если Кощей нас бросил, придётся
мне самой с ним разговаривать. Хотела я
быть доброй да приветливой, да, видно,
не получится! — Баба Яга, уперев
руки в боки, пошла на Горыны

ча. — Ты это на кого свои пасти разинул? Забыл,
кто тебя от хвори лечил?! Ты яйцо съел?

Горыныч пригляделся и, увидев Ягу, стал метаться
у пещеры, разворачивая толстое тело, пока
не забился внутрь и не спрятал все три своих головы
под крылья. Всю его свирепость как ветром
сдуло.

— Куда это ты? — ринулась следом Яга. — А!
Струсил? Правда глаза колет?
— Не трогайте меня! Я сплю! — крикнул Горыныч.
— У меня послеобеденный перерыв! Приходите
завтра!
— Не увиливай! Говори, где яйцо!
— Какое яйцо?! Что вы все ко мне пристали?!
Я ничего не знаю! — плаксиво протянул Горыныч.
— Ты съел деревянное яйцо! А ну выплёвывай!
Что у тебя в горле? Что это там такое круглое застряло?
— А я почём знаю! Я не глядел, что ел. Всё само
как-то поглотилось, а потом в горле застряло!
Сами угостили, а теперь отнимаете, нехорошо!
— А ну выплёвывай!
— Не выплюну!
Яга схватила Горыныча за хвост и принялась
трясти что есть силы.

— Выплёвывай, тебе говорю!
Две толстые головы принялись колотить тощую
по шее, пока та с громким чпоком не выплюнула
самовар. Внутри Горыныча самовар очистился и
стал сиять как новенький.

— Вот оно, ваше добро! Забирайте!
— Это что?
— Самовар.
— Я сама вижу, что самовар. А яйцо где?
— Значит, я его не ел! Я, как самовар заглотил,
так мне сразу есть перехотелось.
— Правильно, бабушка, — вмешалась Ваня. —
Я точно помню: яйцо лежало за самоваром, и,
значит, если Горыныч после самовара ничего не
ел, то яйцо съел не он.

— А кто же его может ещё съесть? Кому под
силу проглотить деревянное яйцо размером с
самовар? — удивилась Яга.
Все переглянулись. Из избушки раздалось
подозрительное бульканье.

— Проглотить, конечно, вряд ли, а вот унести
мог Леший, — предположил Горыныч. — Он такой
жадный, всё себе утаскивает. Или Водяной.

— Ну Водяной едва ли. Зачем ему яйцо? — удивилась
метла.
— А Лешему оно зачем? — спросила Яга.
— Леший жадный. А Водяной странный, от него
что угодно можно ждать. Сами подумайте! У него
же в голове вода!
— Это Леший стащил яйцо! Он любит всё деревянное,
— показалась из-за избы Кикимора. — Его
желудями не корми, дай только что-нибудь свистнуть!

Баба Яга только вздохнула:

— Нужно всех проверить! Не горюй, избушка,
найдём мы твоего ребёночка.
— Да я вам точно говорю, Леший яйцо украл! —
сказал Горыныч. — Когда я домой полз, он меня
два раза обогнал. Обогнал, потом остановился
шишек набрать, отстал и снова обогнал. Куда это
он, по-вашему, так торопился? Не знаете? А я знаю.
Яйцо украл и бегал по лесу, искал, куда спрятать.
И в руках у него что-то было. Я припоминаю: палки
какие-то, шишки, — всё к себе под корягу тащит!
И яйцо, наверное, там тоже было.

— Вот предатель! — воскликнула Яга — Всё,
хватит время попусту тратить! Бежим к Лешему,
все в избушку!
Горыныч радостно рванул к избе.

— А ты куда? — удивилась метла. — Ты давай
своим ходом передвигайся! Избушка тебя не увезёт.
Лети, как все змеи.
Горыныч попятился и спрятал хвост в пещере.

— Да? Я после обеда плохо летаю! Вы тогда
сами идите к Лешему, а мне и тут хорошо. Вон у
вас Водяной есть. Пусть он вам и помогает. Вместе
с Кикиморой.
— Да какая с него помощь? Жижа — она и есть
жижа, нам кто-нибудь посильней нужен, повоинственней.
А не этот хлюпик.
— Эх, жалко, что Кощей ушёл, с ним бы мы вмиг
у Лешего яйцо отобрали! Он сам говорил.

— Так давай его привезём? — предложила
метла. — Я за ним вмиг слетаю!
— Правильно, — согласилась Яга. — Ты, Ваня,
лети на метле за Кощеем и привези его к Лешему,
а все остальные в избушке доедут. А ты, — повернулась
она к Горынычу, — оставайся, если
уж такой нерешительный. Всё равно от тебя ни
проку, ни толку, только вред один.
Метла кинулась Ване в руки:

— Седлай меня, сейчас вмиг до замка домчимся!
Ваня стояла как вкопанная. Бабушка ей ни
разу не разрешала летать на метле. Несколько
раз она каталась в ступе, пока та не треснула,
когда Ваня случайно врезалась в дерево.

— Неужели ты разрешишь мне? — спросила
девочка, затаив дыхание.
Яга мгновение подумала и сказала:

— Да, Ванюша. Это правильно, лети-ка ты
за Кощеем, авось он уже смазался маслом. Да
скажи, что без его силушки нам туго.
Ваня радостно запрыгала, пытаясь ухватить
метлу.

— Только косынку завяжи, чтобы в уши мошкары
не налетело, — предупредила Яга. — Там,
наверху, всякое может случиться!

— А по-моему, мы и без Кощея справимся!
Леший — он же маленький, я в миг его поймаю! —
пробурчала метла, поднявшись в воздух.
— Как ты его поймаешь, если он под корягу
спрячется? Туда так просто не попадёшь! У Лешего
там какой-то секрет, только Кощей знает!
— сказала Яга. — Всё, решено: ты, Ваня, лети,
а мы отправимся на болота.
Яга забралась в избу. Водяного там не было.

— Смылся! — сказала Яга. — Никакой на него
надёжи. Такого только зимой поймать и можно,
если скатать в снеговика, и то, пока не растает.
Избушка умчалась на болота, увозя с собой
Ягу и Кикимору. Горыныч спрятался в пещеру.
Ване ничего не оставалась, как забраться на
метлу.

Глава 10.
Бара-бора!

До сих пор была цела,
Не сломать бы шею.
Отнеси меня, метла,
К дедушке Кощею!

Ваня подошла к метле и почувствовала, что от
страха дрожат коленки.

«А вдруг я не справлюсь? — подумала она. —
Метла полетит высоко-высоко, руки соскользнут,
и я рухну на землю?»

— Ну что, так и будешь вокруг шастать? —
спросила метла. — Боишься, что ли?

— Я ничего не боюсь, — смутилась
Ваня и, стараясь не показать страха,
вскочила на метлу, как можно крепче
вцепившись в черенок.

Найди 10 подарков!

Из пещеры выглянули все три головы Горыныча
и уставились на метлу.

— Не полетит, тяги нет, — уверенно сказала
средняя голова. — Ветер сильный, девчонка тяжёлая,
да и осень скоро.
— А если и полетит, то с вороной столкнётся и
все равно свалится, — кивнула правая голова.
Левая захихикала.

Вороны, галки и сороки на скале сбились в кучу
и принялись хохотать, обсуждая Ваню.

— Ну, летим или нет? — недовольно пробурчала
метла.
— Полетели! — закричала Ваня и зажмурилась.
Но метла как висела в воздухе, так и осталась висеть
— никакого движения!
Ваня приоткрыла глаза и чуть не свалилась от
страха. Они парили высоко под облаками. Отсюда
гора казалась не больше кочки, Горыныч стал меньше
мыши, а птицы — и вовсе горошинами. Но даже
из-под облаков был слышен их противный хохот.

— Иии-ех! — метла пронеслась над озером
У Вани от восторга перехватило дыхание. Девочка
с удивлением обнаружила, что ей совершенно
не страшно, а, наоборот, удивительно весело!

Метла отлично держала равновесие, вела себя
прилично и легко управлялась. Стоило нагнуться
чуть вперёд — и она летела вниз, откинуться

назад — и метла взмывала кверху. Наклоняясь в
стороны, можно повернуть вправо или влево.

— Ну хватит, хватит! — буркнула метла, чувствуя,
что Ваня в третий раз меняет направление. — Если
ты так часто будешь меня отвлекать от полёта, то
мы до Кощея долетим только к зиме. И как мы тогда
его замок найдём под толщей снега?
— Хорошо, хорошо, лети, пожалуйста, сама! —
воскликнула Ваня и принялась разглядывать родной
лес с высоты птичьего полёта. Внизу пронеслись
река, горные цепи, и наконец они вылетели
к сумрачному замку. Из густого тумана внезапно
выросли кривые башни с шипами. Метла обогнула
высокие шпили и вылетела к окну парадного
зала.

Кощей расхаживал возле трона. Размахивая
руками, он принимал героические позы,
любуясь своим отражением в зеркалах. Чуть
поодаль, на резном столике, валялись жёлтые
листы, на которых Кощей изредка что-то записывал.
С потолка спускались знамёна с изображением
Кощея. У стен, между портретов
Кощея, находились статуи, тоже изображавшие
воинственно-прекрасного Кощея в доспехах.
Зал был поистине огромен!

— Эй, дядя Кощей! — крикнула Ваня, кружа
перед окном. — Дядя Кощей, отройте!
Кощей остановился, прислушавшись, и решил,
что ему показалось.

— Как жаль, что я не умею колдовать! — сказала
Ваня. — Я бы сейчас отрыла окно, и мы бы
влетели внутрь.
— А ты попробуй, поколдуй, — сказала метла.
— Яга в таких случаях щёлкает пальцами и
бормочет слова волшебные.
— Но я не знаю этих слов!
— А ты придумай! Ты ведь тоже будущая
Баба Яга, у тебя это должно быть в крови!
Ваня сосредоточилась и, резко наклонившись
вперед, щёлкнула пальцами, крикнув
первые пришедшие в голову слова:

— Бара-бора!
Но колдовство не подействовало: вместо
этого метла сильно накренилась вперёд,

потеряла равновесие и, кувыркаясь,
влетела в окно — сильный удар, звон
бьющегося стекла, и Ваня рухнула на
пол прямо перед Кощеем.

Раскрась стёклышки с точкой и будет
видно, что нарисовал на окне Кощей .

Метла со свистом пролетела к статуе,
изображающей Кощея с мечом и,
выбив меч, плотно застряла в мраморной руке.
По замку пронеслось эхо. Где-то на нижнем
этаже упала люстра.

Кощей подскочил на месте, принялся бегать,
будто хотел спрятаться, сорвал с себя плащ, кинул
его возле трона и вдруг, остановившись, заорал:

— Что это такое?! Кто вас звал?!
— Дядя Кощей! — простонала девочка. — Это
я, дочка Бабы Яги! Ваня!
— Как ты здесь оказалась? Зачем окно разбила?
— Я случайно!
— Ничего себе случайно, ещё скажи, что ты
случайно около замка кружила! Мне надоели незваные
гости! То молодец какой-нибудь прибежит
смерть мою искать — свою искать он, видите ли,
не хочет, ему мою подавай! То какие-то Елены
Прекрасные толпами прибегают, говорят, что я
старый, а замок у меня хороший. Что вам всем
от меня надо?! Я замуровал вход! Я выкопал вокруг
пропасть! Я молод и миролюбив! Я, между
прочим, цветы развожу в теплице. А вы мне окна
выбиваете!
Ваня села и потрясла головой. Как ни странно,
но она почти не ушиблась и не поцарапалась,
только верёвочку от лаптя порвала.

— Окно мы починим. Дядя Кощей, бабушке
срочно нужна ваша помощь!

101
101101101

— Какой я тебе дядя?! Какая ещё бабушка?!
— Бабушка старая, ей одной с Лешим тяжело
справиться.
— Вот это-то и хорошо, — кивнул Кощей.
— Что — хорошо? — не поняла Ваня.
— Хорошо, что она старая, — сказал Кощей. Но
тут же поправился: — Ну, я это к тому, что её защищать
надо. Но ведь это не моя бабка? Почему её
защищать должен именно я? Я что, крайний? Сначала
окно отремонтируйте, а потом и просите.
— Но вы же её друг! Помогите нам сейчас, а потом
мы поможем вам, — стала уговаривать Кощея
Ваня, подходя к нему. — Не сердитесь!
Кощей суетливо, чуть не опрокинув стол, стал
пятиться к трону.

— Убирайтесь! — крикнул он, выставив вперёд
корону, словно бык рога.
Послышался грохот. Метла повалила статую и,
невредимая, вылетела из мраморных обломков.
Парик Кощея от негодования встал дыбом.
Метла тоже ощетинилась и вдруг вскрикнула:

— Ваня, ты только посмотри, что там такое?
Кощей попятился, и тут Ваня увидела выглядывающую
из-под плаща корзину, которую он так
старательно пытался загородить собой.

— Что это там? — не унималась метла.
— Где? — Кощей притворно оглянулся.
— Вот там, за спиной, в корзинке? — подсказала
Ваня.
— В какой корзинке?

— В той, которую вы плащом прикрыли!
— Где? Там ничего нет! То есть есть! Там пирожки!
Мне их Яга подарила. Убирайтесь!
— Там не пирожки! — крикнула метла.
Ваня вдруг всё поняла, она решительно подошла
к корзинке и сдёрнула с неё Кощеев плащ.

— Зря ты это сделала, девочка, — холодно произнёс
Кощей, заскрежетав зубами.

Глава 11.
Тайна, которую знают все

Леший его знает,
Где Леший проживает!

К жилищу Лешего через топи и болото вела
тайная тропа. Эту тропу знал только Леший. А ещё
знали Горыныч, Кощей, Водяной, Кикимора, Яга,
избушка, — в общем, знали все, кроме Вани.

В самом центре трясины, на острове, под
огромной корягой жил Леший. Это тоже знали все,
хотя это была неправда. На самом деле хитрый
и скрытный Леший жил неподалёку, в землянке,
состоявшей из множества норок, подземных
комнаток, кладовок, соединённых между собой
запутанными ходами. Поговаривали, что

Пускай они в окно глядят
И на подушке мягкой спят,
Но это дело личное,
А мне на пне привычнее.

Пускай они весь день подряд
Своё морожено едят!
Но это дело личное,
А мне грибы привычнее!

Пусть не родился я вчера,
Лицо, как старая кора,
Но это дело личное —
Так даже симпатичнее!

Пускай я Леший, нелюдим,
Но не кричите: «Леший с ним!»
Ведь это выражение —
Ко мне неуважение!

105
105105

Леший прячет в своём жилище золото и драгоценные
камни, которые теряли одинокие путники, заблудившиеся
в лесу. Из землянки было несколько
выходов в разных уголках леса, что тоже являлось
тайной. И кто об этом знал — неизвестно.

Кощей как-то раз рыл подземный ход из замка
и случайно попал в один из тоннелей Лешего. Они
оба страшно перепугались, встретившись под
землёй с лопатами, и поклялись хранить тайну
тоннеля.

Вход в своё жилище Леший завалил ветками и
сухой травой так густо, что издали землянка напоминала
холм, на самой макушке которого одиноко
торчал подглядывающий камыш. В него как в подзорную
трубу Леший следил за окрестностями.
Едва завидев приближающегося незнакомца, он
сразу же кидался под корягу и делал вид, что там
живёт, страдая от неудобства и бедности. Потому
что больше всего Леший любил жаловаться на
жизнь, клянчить и канючить.

Избушка затормозила возле коряги, увязнув
по колено в топкой почве, и рассвирепевшая Яга
выскочила наружу, как пробка из бочки, — так стремительно,
что сама себя испугалась.

Кикимора же вылезла из избы неторопливо
и уселась на землю, словно собралась смотреть
представление. Что касается Лешего, так тот вообще
не успел вылезти из своей землянки. Он чуть
не взвыл от досады, когда увидел, как Яга забарабанила
что есть силы по любимой коряге.

Помоги избушке на курьих ножках
добраться до коряги

— Леший! Выходи! — крикнула Яга, приготовившись
к самому суровому разговору. — Сейчас
Кощей прилетит, с тебя стружку снимет!
Ничего не произошло.

— Выходи оттуда, сейчас Кощей придёт — нору
по корешку разнесёт! Он мне сказал, что знает
к тебе ход тайный! Отдай яйцо!
Леший жутко испугался. Неужели Кощей его выдаст?!
Вот так друг! А ведь они с ним квас делили…
Яга затрясла корягу так, что с неё посыпались
муравьи.

— Здравствуй, Яга! — сказал кто-то сзади.
Мимо неё как ни в чём не бывало прошёл Леший,
ворча что-то невразумительное о немытых
ногах, и нагло исчез под корягой.

— Эй, ты куда?! — спохватилась Яга. — Отдай
яйцо, негодяй! Зачем ты яйцо похитил?
— Не брал я никакого яйца! — ответил трескучий
голос.
— А кто брал? Выходи немедленно!
Леший неохотно вылез, хмуро зыркая на Ягу
из-под мохнатых бровей.

— Знамо кто — Горыныч! Он яйцо и сожрал.
— А он говорит, что не ел!
— Ну тогда Водяной. Или Кикимора…

— Врёт и ухом не ведёт! — возмутилась Кикимора.
— Мне яйцо незачем. Оно невкусное, да и треснуть
может. Обляпаешься, потом не отмоешься.
— Ну всё равно это не я! — заскрипел Леший. —
Смотри, кто это там летит?

Яга оглянулась, раскрыв рот, и Леший попытался
юркнуть обратно под корягу, но Яга оказалась
проворней. Она крепко вцепилась в его траву и
подтащила беглеца к себе настолько близко, что
стала видна мука, которой Яга основательно запудрила
озорной румянец на щеках, — негоже Яге,
как девчонке, с румянцем расхаживать.

— Не отдашь яйцо — пожалеешь! — прошипела
Яга, нависнув над ним, как переспелое яблоко.
— Ничего я не брал! — заверещал Леший.
— Вот сейчас Кощей придёт, посмотрим, как ты
запоёшь! — сказала Яга.
Но Кощей приходить не собирался. В этот
момент он был так свиреп, что чудом не искусал
собственные латы. И что самое ужасное — с ним
была Ваня.

110
110110110

Глава 12.
Предатель, обманщик
и главный злодей!

Яйцо-то было у меня.
К чему обиды?
Мы ж родня!

Ваня так возмутилась, что даже руками
всплеснула. Уж этого-то она от Кощея никак
не ожидала!

Под его плащом в корзине лежало заваленное
пирожками деревянное яйцо.

— Ах, вот оно что! Так вы, дядя Кощей,
оказывается, вор!
— Я ничего не крал! Эту корзину мне Яга
подарила.
— Не притворяйтесь! Вы украли избушкиного
ребёнка. И спрятали его под пирожками.

Кощей схватил корзину и прижал к себе.

— Какого ребёнка? Никакого ребёнка я не крал!
Эта колобашка — моя.
— Нет, не ваша! Верните его немедленно, иначе
я всем расскажу, кто вы есть на самом деле!
Метла стала кружить вокруг, норовя стукнуть
Кощея по голове.

— Ах ты, противная девчонка, ничего у тебя не
выйдет! — разозлился Кощей. — Забыли, что я
бессмертный?! Я вас сейчас мигом истреблю! Эй,
меч-кладенец, лети сюда, победи врагов моих!
— Это кто — враги?! Мы — не враги! Мы — честные!
Но ничего не произошло. Меч не прилетел.

— У! Забыл! Забыл! — взвыл Кощей. — Я же
меч в оружейной цепями к стене приковал! Для
красоты! Ух, не вовремя! Ну ничего, я с вами и так
разберусь: тебя в подземелье заточу, а метлу в
камине сожгу!
— Ишь, чего захотел! — рассердилась метла
и разогналась, чтобы сбить Кощея с ног. Но Кощей
оказался проворней. Он ловко схватил Ваню
за руку и сел на трон. Наверное, в ручке трона
имелась какая-то тайная кнопка, потому что трон

вдруг затрясся и провалился под пол вместе с

Кощеем, яйцом и Ваней.

Метла рванула следом, но потайной ход моментально
закрылся, и на месте трона появился
такой же ровный паркет, как и вокруг. Если бы

метла не видела этого исчезновения, никогда
бы не поверила, что такое возможно.

Метла закружила по залу, зовя Ваню, но та
её, конечно не слышала.

Трон спустился с потолка в другой маленький
зал. Тут по стенам вместо окон тянулись колонны,
а в дальнем конце зала странным синим пламенем
горел камин.

Кощей, не говоря ни слова, потащил Ваню к маленькой
арке. За ней оказалась тёмная лестница.

Корзина осталась на троне.

— Отпустите меня! Метла, на помощь! — кричала
Ваня.
Кощей остановился около чёрной двери, стянул
с шеи ключ и покрутил им в замочной скважине.
Ване захотелось лягнуть Кощея ногой и сбежать,
но она почему-то этого не сделала. А зря:
как только дверь распахнулась, Кощей втолкнул
девочку в подземелье, так что она упала на холодный
каменный пол.

— Меня будут искать! Яга знает, что я сюда полетела!
— А я скажу, что не долетела. В лесу заблудилась,
в яму провалилась, в пещере поселилась.
А в доказательство я Яге письмо пошлю от Иванадурака.
Дескать, что тебя тоже чудище в самую
тёмную чащу затащило и погубило.
— Так вот кто письмо бабушке написал! — догадалась
Ваня. — Зачем ты её обманул?

— Не буду я на твои глупые вопросы отвечать!
— рассердился Кощей. — Захотел — и обманул!
Как бы Кикимора яйцо украла, если бы
Яга дома была? Всё. Надоела ты мне! Вот посидишь
тут лет десять, может, одумаешься, так я
тебе ещё и понравлюсь! — Кошей потряс сухими
кулаками в воздухе и закашлялся.
— Да вас лечить надо! — крикнула Ваня, и её
голос отозвался эхом в тёмных сводах. — Отдайте
немедленно яйцо!
— Фигушки! — крякнул Кощей, он хотел ещё
что-то сказать, но изо рта, кроме кашля, больше
ничего не вылетало. В последний раз кашлянув,
он захлопнул дверь и закрыл её на замок. А ключ
повесил себе на шею.
— Вот ещё, учить меня будут, как мне жить! —
проворчал он. — Вот сейчас возьму меч-кладенец
и порублю эту противную метлу на дрова.
Будут знать, как без спросу в замок вваливаться,
варвары!

— Эй! — крикнула Ваня. — Вы не можете меня
здесь оставить! Тут, наверное, крысы!
Но ей никто не ответил. Лишь где-то капала
вода, и между прутьев в узком окне под самым
потолком белело облачко.
Так Ваня осталась одна. Без надежды
на спасение.

Разгадай кроссворд
и ты узнаешь, чего
боится Горыныч
больше всего на свете.

Глава 13.
Дубинка-самобилка

В государстве моём
Не пройдёт и лось —
Государство моё
Заболотилось!

На болоте давно уже не происходило столь
интересных событий.

Леший уже и не знал, как отделаться от приставшей
Яги, аж заикаться стал.

Вдруг лягушки громко заквакали, глядя в
небо.

— Б-берегись! Сзади! — пискнул Леший.
— Ну уж нет, я твоим сказкам больше не верю! —
сказала Яга и тут же получила такой сильный удар
в затылок, что распласталась по коряге.

Метла, неудачно затормозив об Ягу, взмыла над
болотом и принялась так быстро тараторить, что
Яга не сразу сообразила, о чём идёт речь.

— Извини! Не рассчитала! Вставай, Яга, скорее!
Там такое! Там Кощей Ваню поймал! И яйцо тоже
у него!

Помоги Яге раскрасить
портрет.

Яга заморгала, пытаясь
прийти в себя. Кикимора
заметалась по кочкам:

— Это не Кощей! Кощей не мог!
— Мог! — крикнула метла. — Это всё
он подстроил!
— К-как Кощей? Он же нам помогал! Почему
он поймал Ваню? Зачем ему яйцо? — пробормотала
Яга.
— Кощей совсем сбрендил от одиночества, —
объяснила метла. — Дверь замуровал, овраг вырыл!
А теперь и детей ворует! Ужас! Горыныч и
Леший тут ни при чём!

Леший так обрадовался, что неожиданно поцеловал
Ягу в нос. И тут же стал отплёвываться — на
его губах остался толстый слой муки, которую Яга
использовала вместо пудры.

Яга растерянно переводила взгляд с Лешего
на метлу.

— Что же это делается?! Куда лес катится?! Как
мы теперь в замок проберёмся? А ты куда смотрела?
Почему дала Кощею Ваню похитить?
— Он меня обхитрил!
— Он всех обхитрил! — тихо добавила Кикимора.
Лешего так сильно стала грызть совесть, что
он чуть не уменьшился вдвое. Может, всё-таки
рассказать Яге про ход из его землянки в Кощеев
замок? Но тогда все узнают, где его настоящий

дом, а потом от гостей не отделаешься.

Но тут, к его счастью, метла сказала:

— Доедем до замка в избе, а потом я
вас всех через пропасть перенесу.
— И я с вами пойду! — вдруг сказал Леший, и
совесть перестала его грызть, — Не друг Кощей
мне боле, если хотел мой секрет выдать! Ух, негодяй!
Ух, я ему задам! Ух, я ему покажу!
Яга отпрянула от Лешего. От гнева его глаза
сбились к носу. Леший воинственно потряс кулаками:

— Где моя дубинка-самобилка? Отдубасим негодяя
так, что он сам себя не узнает!
Баба Яга потёрла руки, моментально придя в
себя:

— Отдубась его, кучеглазый! Теперь ты наш
защитник!
Леший ринулся к своей коряге и там исчез. Не
прошло и минуты, как он появился снова, таща за
собой огромную узловатую дубину, обмотанную
тяжёлой цепью. Дубина подрагивала, готовая
броситься в бой.

— Ну берегись, ржавая развалина! Эх, дубинушка,
зададим Кощею жару! Давно я тебе воли
не давал! — гаркнул Леший. И дубинка яростно
затряслась.
Лягушки мигом скрылись в болоте.

Яга охнула:

— Ну, с такой-то дубинкой мы вмиг Кощея
на место поставим!
Но рано Яга радовалась.
Леший сделал два шага и вдруг метнулся
обратно, задом наперёд.
Земля дрогнула, и к болоту, подмяв под
себя несколько небольших ёлок, выбежал ЗмейГорыныч.
Две головы торчали вперёд, а третья,
трусливая и худая, безуспешно пыталась уцепиться
зубами за деревья.

Средняя голова метнулась к Лешему быстрее,
чем тот успел что-либо предпринять, и заглотила
дубинку вместе с цепью и гирей. Две другие головы
с завистью облизнулись. Дубинка пометалась
в животе Горыныча и стихла.

Леший ошарашенно застыл, открыв рот.
Кикимора, оттолкнув Лешего, забилась к нему
под корягу.
Горыныч так громко рявкнул, что в болоте поднялась
волна:

— Чую дух твой древесный! А ну ступай туда,
откуда пришёл! Разозлил ты меня сильно! Не смей
обижать бабушку! Она у нас одна! Отдай яйцо,
плесень болотная!
— Это кто тут плесень?! — завизжал Леший, вытянув
шею. — Ты зачем дубинку сожрал, оползень?
Ты чего тут повыскакивал?!

— Я не повыскакивал! Я прилетел на
бой! Отдай яйцо, землистый!
И Горыныч, схватив Лешего, поднял его высоко
над землёй.

— А-а-а! — выпучил глаза Леший.
— Это что ещё такое! — рассвирепела Яга. —
Ты, Горыныч, совсем рехнулся? То тебя из пещеры
клещами не вытянешь, а когда не просят, так ты тут
как тут, пожалуйста, — прибежал и всё испортил!
Поставь Лешего на место! Леший яйца не крал!
Леший — друг и защитник! Яйцо украл Кощей, а
ты нашу дубинку сожрал! Чем мы теперь Кощея
стращать будем? Поставь Лешего, говорю!

Горыныч неуклюже
опустил Лешего на
землю и тут же получил
пинок деревянной
ногой.

— Отдай дубину, ящерица!
— Не могу! — стеснительно пробормотал Горыныч.
— Я её уже переварил.
— Не стыдно тебе?
— А я им говорил! — кинулась объясняться
самая стеснительная голова. — Говорил — пустая
затея! Сидел бы в пещере, огурцы переваривал,
так нет, на приключения потянуло!
Метла хмыкнула:

— Вот заныл! Хватит сырость разводить, и так
уже в болоте по колено, мокрее некуда. Помоги
нам лучше с Кощеем справиться!
— Ну уж нет, с меня хватит приключений, — сказали
все три головы Горыныча хором. Змей развернулся
и, поджав хвост, заковылял прочь.
— Трус! — крикнула вдогонку метла. — Ну что,
поехали? До замка Кощея!
— Поехали! — Яга закинула Лешего в избу,
запустила следом метлу и захлопнула за собой
дверь.
Яга так разволновалась, что забыла с собой
Кикимору позвать. А та и рада была. Выбралась
из-под коряги и, напевая, пошла цветы собирать
— хватит с неё приключений.

Изба кинулась по тайной тропе, проваливаясь в
трясину. Окно мигом затянуло слоем тины. Метла
не выдержала:

— Вот скажи, Леший, ну что тебе стоит дорогу
проложить настоящую? Тебе самому-то не надоело,
как лягушке, по кочкам скакать? Вот потому

у нас в лесу и беды такие, что каждый даже возле
своего дома порядок навести не может!

— Что я, дурак совсем? — насупился Леший. —
Вот так протопчешь дорогу для себя, а шастать по
ней будут все кому не лень, ещё и на санях да на
печках разъезжать станут! Ни пользы, ни удовольствия
— расстройство одно!

Найди лягушонку, у которой нет пары.

Найди для «добренького» Кощея
недостающий кусок меча!!!

Глава 14.
Узница подземелья

Посадили на дерево птицу,
Посадили девицу в темницу.

— Ну я сейчас ей устрою! Ну она у меня попляшет!
Кощей распахнул ногой дверь, размахивая
мечом-кладенцом.

— Где ты? А ну вылетай, швабра, я разрублю
тебя на тысячу сучков!
Его голос эхом пронёсся по пустому залу. И затерялся
где-то в каменных сводах.

— Улетела! — Кощей с досады швырнул меч
на груду осколков. — Вот так всегда! Когда меча

нет — враги есть, когда меч есть — врагов нет.
В город мне надо, к цивилизации.

Кощей, сняв парик, протёр лысину кружевной
тряпочкой и повернул один из висящих на стене
подсвечников.

Тут же в полу посередине зала открылся люк,
и из него словно вырос золотой, обтянутый красным
бархатом трон. На нём стояла корзина с яйцом.

Кощей, подняв яйцо, прислушался. Внутри
было тихо.

— Спит, — заключил Кощей. — Ну спи-спи,
детёныш! Придёт время, и я займусь твоим воспитанием!
Вот жизнь начнётся! Сказка! Буду тебя
кормить канделябрами, подсвечниками, золочёными
перилами, и вырастет из тебя замок на
куриных ножках! Настоящий замок Кощея! Будем
бегать по всему свету! Золото копить! Все будут
меня бояться! И ни один враг не убежит — всех
догоню!
Кощей обтёр яйцо той же тряпочкой и бережно
уложил обратно, укрыв бархатной подушкой с кисточками,
которая обычно лежала у трона для ног.

— Вот только вылупляйся поскорей, а то у тебя
пока рта нет — кормить не получается! А там, глядишь,
и Ваня вырастет, я её в жены возьму. Если,
конечно, никого краше не сыщу. Больно уж она,
это, ушастая. И вредная. Ну ничего — в заточении
посидит, одумается.
Кощей подхватил корзину и понёс яйцо на
балкон, чтобы оно подышало свежим воздухом.

Дальше по «Плану правильного воспитания Яйца»
у Кощея следовали лекция о парадах, танцы, купание,
чистка щёткой из конского волоса и акробатическая
зарядка «Спуск по лестнице».

Тем временем Ваня сидела на полу подземелья,
обняв колени, и горько плакала.

Что теперь будет? Узнает ли когда-нибудь
Баба Яга, где пропала её девочка? Они с избой
к Лешему побежали искать яйцо, и не знают, каким
обманщиком оказался этот Кощей: Горыныча
подставил, а сам взял и украл яйцо, негодяй! А ещё
представлялся другом бабушки, пирожки просил,
Горыныча хотел зарубить! Ну нет, ему это так просто
не пройдёт!

— Хватит реветь! — сказала сама себе Ваня. —
Нужно действовать!

Она вытерла кулаком слёзы и, подойдя к двери,
на всякий случай подёргала ручку. Заперто.

— Ну уж нет! Я тебя открою! Не будь я дочка
Бабы Яги! Колдовство у меня в крови.
Ваня щёлкнула пальцами, крикнув странные
слова: «Ку-няя-ка!»
Дверь не открылась.
Но Ваня решила не сдаваться:

— Зэма! Пяха! Ёнг! Гладиолус!
Она щёлкала и щёлкала пальмами, пока за
окном не стемнело. В окошечке появилась маленькая
звёздочка.

— Ну почему меня бабушка не научила колдовству?!
Ну откройся, пожалуйста! — сказала Ваня,
щёлкнув пальцами.

И тут со скрипом дверь начала открываться.

— Получилось! Ура! Я — настоящая Баба Яга!
Только маленькая!
Ваня метнулась к чёрному проёму и чуть не заорала
от страха. Прямо перед ней стояла высокая
тёмная фигура с копьём в руке. На голове сверкали
железные рога, громадное лицо закрывало железное
забрало с узкой щелью для глаз. Но самое
ужасное — в щели зияла чернота.

Плечи Вани опустились, она с облегчением
поняла, что это просто пустые доспехи, стоящие
в коридоре для украшения, а может, и для устрашения
непрошеных гостей. Как только она их не
заметила, когда Кощей её сюда приволок?!

Ваня постояла немного, переводя дух, потом
шагнула в коридор, и тут случилось чудо…

Соедини точки, и ты
узнаешь, кто пугает
Ваню, звеня цепями!

129
129129

Глава 15.
План спасения

Эй, скрипучий наш герой!
Выходи с Ягой на бой!

Стемнело. Луна выскользнула из-за тучи. И в эту
же минуту из сухого березняка выскочила избушка
и эффектно встала на дыбы, изобразив лошадиный
испуг. Задрав обе ноги, она неуклюже шлёпнулась
на землю и тут же вскочила, испугавшись, что ктонибудь
это заметит.

Изба стояла над обрывом, уходящим в глубь
земли на многие километры. За этой пропастью
на высокой, похожей на столб скале громоздился
замок Кощея Бессмертного. Больше всего он походил
на гигантскую потрёпанную ворону. Чёрные
башни хаотично торчали из усеянных шипами неровных
стен, в окнах вспыхивал свет, а из пропасти
поднимался туман.

Яга высунулась в окно:

— Ну Кощей, держись! Сейчас я твой костюмчик
по винтику раскручу! Узнаешь, как наших детей
воровать! Докатился, ни ума ни совести! А живёт
где? За триста лет свой замок не разу не покрасил,
мерзавец!
От голоса Яги земля содрогнулась и в бездну
полетели камни.
Избушка шарахнулась от обрыва.

— Ой! — Леший распахнул дверь, выглянул и
быстро спрятался обратно. — Я через яму прыгать
не буду! У меня ноги короткие, — и, закрыв дверь,
уселся в углу на пол.
Яга задумалась, оглядывая всю свою компанию:
Леший что-то ворчал, а может, даже пел, отвернувшись
к стене, избушка нервно вздрагивала,
метла демонстративно молчала.

А коты, так те вообще забились под лавку, только
их и видели.

— Может, я домой пойду? Всё равно без дубинки
я не воин, — с надеждой пробормотал Леший.

Тут в голову Яги пришла идея. Она побежала
на чердак, перепугав спящего филина, и оттуда
закричала:

— Где-то у меня топор валялся, хороший такой
топор, на нем ещё Иван-дурак море переплывал.
— Зачем тебе топор-то? — насторожился Леший.
Больше всего на свете он боялся топоров и
пил, да причём настолько сильно, что думать о них
не мог без содрогания.
— Дам тебе топор вместо дубинки, будешь
с Кощеем сражаться! — отозвалась Яга. Сверху
раздался грохот.
— Так что это я — с топором на Кощея пойду?
Так он меня на щепки кладенцом пустит! Не
надо! — заорал Леший.
— Чего?
— Не надо топора!
Помоги Лешему убежать домой!

— Не слышу!
— Не надо Кощея, не надо топора! — крикнул
что есть силы Леший и выскочил из избы, чуть не
свалившись в пропасть.
Яга все ещё была на чердаке и не заметила
бегства.

— Пойду-ка я лучше домой, — прошептал
он. — А вы уж сами спасайте и Ваню, и это дурацкое
яйцо. Хоть топором, хоть лопатой… Мне это
яйцо никогда не нравилось! Колобашка какая-то!
Я вам не Иван-дурак — всех спасать, у меня своих
дел полно! Яйцо у них, видите ли, пропало! Велика
важность!
Избушка на эти слова страшно обиделась.
Некоторое время она старалась держаться, но,
услышав, как обзывают её дитя, размахнулась и
изо всей силы пнула Лешего ногой.

Ничего не подозревавший Леший взмыл в воздух,
оставив за собой облако трухи. Безумно крича
и махая ножками, он пролетел над пропастью и

плюхнулся у ворот замка.

— Лихо ты его! — восхитилась Яга,
наблюдая великолепный полёт через
чердачное окно. — А давай-ка и меня
так перекинь, давно я кости не разминала!
Через минуту Яга, радостно крякнув,
перелетела пропасть. Метла,
обиженная, что её услуги не понадобились,
полетела следом.

Избушка осталась одна — топтаться среди ёлок
и ждать новостей.

— Эй, вставай! Чего разлёгся? — Баба Яга наклонилась
над Лешим, уперев руки в боки.
Тот сидел на земле, вокруг валялись опилки.
Трава на его голове стояла дыбом, грибы вывернулись
шляпками вверх, а глаза бегали по лицу,
как испуганные чёрные жуки.

— Что я вам сделал? — заныл Леший. — Зачем
пинаться? Больно же!
— Да ты что, кучеглазый, в такую минуту о себе
думаешь? Ты же герой, первооткрыватель нового
вида перелётов, можно сказать! — Яга подошла

к воротам и осторожно потрогала их. — Ух
какой забор выстроил!

Леший поднял голову. Каменная стена
поднималась высоко в небо, и перелезть
через неё не смог бы даже сам Кощей.

— А что будет, если мы не сможем перебраться?
Мы здесь останемся навсегда? —
испугался Леший и заорал: — Эй, Кощей,
открой!
Баба Яга бросилась к Лешему:

— Тише ты! Всё дело испортишь! Нужно
в замок пробраться незамеченными, чтобы
потом внезапно напасть на Кощея и спасти
детей!
Яга потянула большое железное кольцо,
но ворота не поддавались.

— Замок, замок! Повернись ко мне передом,
к луне задом!
— Может, вас просто по очереди через
стену перенести? — вдруг раздался знакомый
голос.
— Метла! — радостно подпрыгнул Леший.
Он лихо подскочил и задрал коротенькую
ножку, пытаясь её оседлать.
Метла издевательски вертелась, и чем
выше он задирал ногу, тем выше она поднималась.

Яге это надоело, и, подхватив Лешего,
она запрыгнула на метлу.

136
136136

Тут же, словно нарочно, на небо стали наползать
тучи. Они, как стая чёрных воронов,
закрыли луну. Началась гроза. Молнии пронзили
небо, и задрожала земля от страшного
грома.

Но Баба Яга и глазом не моргнула. Она
уже давно заметила: как только предстоит
какое-нибудь опасное дело, сразу погода
портится.

138
138138138

Глава 16.
Баю-бай!

Сам чуть в пропасть не свалился,
Меч, и тот, запропастился.

Ваня сделала шаг в тёмный коридор, и
вдруг один за другим вспыхнули факелы. В их
свете казалось, что латы и статуи начинают
двигаться, лишь стоит отвести от них взгляд.

Через минуту она уже мчалась по какому-то
залу, где от картин доносился глухой шёпот.
Внезапно из-за плотной занавески вылетело
сизое привидение. Ваня быстрее пули вылетела
за дверь. Привидение завыло страшным
голосом и бросилось следом:

— У-у-у! Девочка, девочка! Посмотри в мои
белёсые глаза!

Ваня, не чувствуя ног от страха, неслась по
коридорам, залам, лестницам.

— Скорее бы отсюда выбраться! Скорее бы!
Замок Кощея представлял собой очень странное
здание, противоречащее всем законам физики
и здравого смысла. Больше всего он напоминал
пень, густо облепленный поганками на тонких
ножках. Угловатые башни, словно грибы, торчали
в разные стороны из стен и крыш, башенки соединялись
мостами, арками и лесенками. Кое-где в
стенах не хватало камней и зияли огромные дыры.
Один раз Ваня, открыв дверь, чуть не вывалилась
в пропасть с головокружительной высоты.

Кое-где по лестницам потоками текла дождевая
вода, а в одном зале Ваня и вовсе растерялась. Из
пола там поднималась ввысь люстра, а на потолке
стояла мебель, но, что удивительно, не падала.
Ваня пробежала этот зал с удвоенной скоростью,
боясь, что неведомая сила притянет её к потолку.
А сзади неслись завывания привидения:

— У-у-у! Девочка, девочка, посмотри на мой
бледный балахон!
Ваня уже перестала понимать, где она находится.
Ей казалось, что она бежит по кругу и никак не
может найти выход. Привидение будто насмехалось
над девочкой, появлялось из разных мест и
строило рожи.

Наконец, сама не зная как, она оказалась в
парадном зале.

Сейчас тут было тихо и таинственно. Тёмно-красным
огнём мерцали факелы. Неровный свет метался
по стенам, отражаясь в осколках стекла, разбросанного
по полу. Посередине лежал Кощеев меч.

Вдруг привидение вывалилось из камина и
рванулось к девочке.

— У-у-у! Девочка, девочка, послушай мое сиплое
дыхание!
Ваня попятилась и упёрлась в стену. Дальше
отступать было некуда.
Привидение летело прямо на неё.

— А ну отвяжись! — крикнула Ваня и, сорвав с
ноги лапоть, швырнула его в привидение.
Оно застыло на месте и вдруг скорчило очень
расстроенную рожицу:

— Ну вот, я так не играю! Кощей швыряет в меня
сапоги, Леший — портянки, а теперь уже до лаптей
дело дошло. Уволюсь я, надоело! — обиделось
оно и растаяло.

«Только бы Кощей не услышал шум! — подумала
Ваня. — Тогда он прибежит, схватит меч и…
страшно представить, что тогда будет!»

Ваня надела лапоть и принялась за дело.

Нужно спрятать меч! А ещё лучше — привязать
его! Ваня содрала с окна штору и крепко-накрепко
привязала меч к колонне.

— Ну вот, если Кощей ринется за мной в погоню,
даже если он позовёт свой меч, то у него ничего
не получится! — обрадовалась Ваня.
Она вышла из зала и увидела очень странную
дверь, украшенную изображениями подушек и
одеял. Из-за неё доносился храп. Ваня набралась
смелости и, щёлкнув пальцами, прошептала:

— Дверь, откройся!
Дверь послушно распахнулась.
Это была просторная спальня. Посередине
величественно громоздилась кровать с тяжёлым
пологом. Из-под одеяла торчали железные сапоги
Кощея, который от усталости лёг спать не раздеваясь.
В ногах стояла корзина.

— Вот она, наша корзина! А в ней — избушкино
дитё! — зачарованно прошептала Ваня.
«Сейчас или никогда!» — решила она и шагнула
в спальню, пересекая полоску лунного света.

Храп Кощея разносился по спальне, сотрясая
полог. Внезапно его лицо осветила вспышка
молнии, храп прекратился, и в воздухе повисла
зловещая тишина.

Скрипнула половица. Ваня замерла, боясь пошевелиться.
И тут гром бабахнул с такой силой,
что задрожали стёкла.

Ваня присела, но Кощей как ни в чём не бывало
захрапел снова. На корточках девочка подкралась
к корзине. Деревянное яйцо было в ней. Такое
одинокое, такое беззащитное!

Сверкнула ещё одна молния, грянул гром. Кощей
перевернулся на другой бок и, причмокнув,
захрапел с новой силой.

Ваня схватила корзину и на цыпочках кинулась
прочь.

Вдруг за дверью раздался такой шум, будто в
коридоре грохнулись на пол все картины. Кощей
подскочил на кровати.

— Кто тут? Грабят! — завопил он и в один прыжок
оказался возле Вани, схватив её за плечо. —
Отдай корзину, гадкая девчонка!
— Нет! — крикнула Ваня.
И тут дверь в спальню отворилась,
и Ваня что есть мочи завизжала.

Глава 17.
Хватай его!

Дать по шее — и довольно!
Он Кощей, ему ж не больно.

— А-а-а! — в спальню Кощея с криками ворвались
Яга на метле и Леший.
— Хватай его! Окружай! Догоняй! — вопили они.
— Бабуля, я спасла яйцо! Корзина у меня! —
крикнула Ваня, но Кощей вдруг подхватил её под
мышки и стал отступать, дико вращая глазами.

— Эй, меч-кладенец! Лети сюда, победи врагов
моих!
Но вместо меча к Кощею подлетела метла и
сильно треснула его по лбу. Корона с париком отлетели
к стене.

— Чего ты дерёшься, палка?! — взвизгнул Кощей,
сверкая лысиной.
— Ага! Не нравится?! — обрадовалась Яга. —
Отпусти детей! А то я тебя на одну лопату посажу,
другой прихлопну!

Кощей от злости так заскрипел латами, что
самому стало противно.

— Не подходите ко мне, иначе я посажу Васю
в темницу!
— Я не Вася, я — Ваня!
— Сказал, посажу, значит, посажу!
— Что-о?! — рассердилась Яга. — Мою Ваню
обижать?! Да я тебя в одну печку засуну, из другой
вытащу! Леший, а ну задай ему жару!
Леший присел и, вытянув перед собой узловатые
ручки, двинулся вперёд.

Кощей попятился и, вырвав у Вани корзину,
рванул вокруг кровати. Яга — за ним, Леший,
с другой стороны.

Вдруг на Лешего прямо из стены вылетело
бледное привидение:

— У-у-у! Леший, понюхай, чем я пахну!
— Вот ещё! — гаркнул Леший.
И тут же в привидение полетела вся обувь, которая
только была в спальне: сапоги Кощея, лапти
Вани и Яги и деревянные башмаки Лешего.

Оказалось, что у Лешего на ногах по семь пальцев,
а между ними растут цветочки.

Кощей хотел захохотать, неприлично тыча
пальцем в Лешего, но тут вспомнил, что убегает,
и, прыгнув на кровать, принялся метать оттуда
подушки:

— Пошли вон из моего замка! Кто вас сюда
впустил?! Я не отдам яйцо!

— Зачем оно тебе нужно? — крикнул Леший.
— Я — коллекционер! — Кощей толкнул Лешего
голой ногой, но только больно ушибся и запрыгал,
ворча: — Я спрячу яйцо в сундук и повешу на дерево!
У меня хобби такое! И не остановлюсь, пока
не увешаю все деревья и кусты!
— Не смей кусты трогать, ржавая кастрюля!
Они — мои родственники! — Леший так рассердился,
что, сам не понимая как, ухитрился перекусить
деревянный столбик, поддерживающий
полог.
— Катастрофа! — Полог накрыл брыкающегося
Кощея.
Леший прыгнул сверху и стал яростно грызть
оставшиеся столбики.

Помоги мышам разобраться, где чей хвост.

— Я тебе тут всё сгрызу! — кричал он.
Яга ринулась вперёд и, сорвав полог с Кощея,
схватила его за нос.

— Ну всё, консервная банка, допрыгался! Сейчас
я тебя закручу, заверчу и на четыре стороны
пущу! Узнаешь, как нас обижать!
Кощей рванулся и со звоном упал на пол, но
корзину не выпустил.

Ваня бросилась на помощь. Образовалась кучамала.
Метла кружила вокруг, крича «Ура!» Вывалившись
из корзины, яйцо покатилось по полу.

Вдруг окно вдребезги разбилось, осыпав всех
осколками, и в зал протиснулся Змей Горыныч.
В воздухе он походил на гигантскую надутую перчатку.

— Ещё одно окно разбили! Варвары! — прохрипел
Кощей. — Кто оплатит мне ремонт?
— А! Чую — Кощеевым духом пахнет! Попался,
вор! Отдавай яйцо! — закричали все три головы
сразу, кружа под потолком. А самая стеснительная
голова решила ещё и выпустить струю устрашающего
пламени. Но, вероятно, от дождя её горло
отсырело, и из пасти вылетел какой-то серый
дым, тут же заполнивший зал, словно огромное
ядовитое облако.
— Горыныч! Кхе-кхе! Что ты наделал? — закашлялась
Яга.
У Вани заслезились глаза, едкий дым обжёг
горло. Она почувствовала, что не может
дышать.

Пригнувшись
ближе к полу , где
дым был не таким
густым, Ваня побежала
к двери. Она щёлкнула
пальцами, и дверь
распахнулась настежь. Клубы дыма поползли по
замку. Тут же раздался ужасный грохот — это Горыныч,
надышавшись собственным дымом, грохнулся
в обморок.

За Ваней из спальни выскочила Яга, таща
Лешего за ногу. Его деревянная голова, стуча по
паркету, оставляла глубокие царапины.

Следом за всеми, шлёпая по полу толстыми
лапами, шатаясь и сшибая картины, вывалился
Горыныч. Он ринулся напрямик к окну и, пробив
стекло, высунул все три головы наружу — теперь
Кощею придётся ремонтировать три окна.

— Ваня! — Баба Яга обняла девочку. — Живая!
Какое счастье! А где яйцо?
— Оно осталось в спальне, вместе с Кощеем.
— Ну ничего, сейчас он оттуда сам вылезет, а
мы здесь подождём.
Ваня и Яга принялись открывать в коридоре
окна.

— Ну что вы копаетесь?! Ну, быстрее! Быстрее!
Открывайте! — вертелся под ногами Леший.
Дым постепенно рассеивался.
Яга потёрла руки, ожидая Кощея. Но тот поче

му-то не спешил выходить из задымленной спаль

ни. Он не появился ни через минуту, ни через две,
ни даже через пять.

— Может, он там задохнулся? — предположила
Ваня.
Сделав из платка повязку на нос, Яга ринулась в
спальню. Хотя дым был ещё достаточно густой, она
сразу поняла, что Кощея в спальни нет. Он будто
испарился вместе с деревянным яйцом — у кровати
валялась пустая корзина.

Яга вышла в коридор, страшно разозлённая.
Бросила Ване её лапти и набросилась на Горыныча:

— Ты чего наделал?
— Я вас от Кощея спас! — не оборачиваясь,
промямлил Горыныч, жуя занавеску.
— Да ты только всё испортил! Мы его уже сами
поймали! А ты как всегда ни к селу ни к городу, ни к
лесу, ни к болоту! Что мы теперь скажем избушке?
Где её ребёночек?
Яга с досады топнула.

Леший, напялив корону и сапоги Кощея, рассматривал
себя в зеркале.

— И куда Кощей делся? — спросила Ваня. —
Опять фокусы! Этот замок заколдован?

Никто ей не ответил.

Громыхнула молния, ливень ударил по камен

ным стенам. Внизу под замком танцевал Водяной.
Он прыгал, ловил капли и был абсолютно счастлив.

Каким способом этот тип там очутился, не узнает
никто и никогда. Это останется его тайной.

Ваня глянула в разбитое окно и заорала:

— Ой, смотрите, кто это там на нашей метле
летит?
— Что же это делается?! Кого это метла на
себе несёт? Изменила! — заорала Яга. — Нужно
их перехватить! Горыныч, поди сюда, сейчас мы в
окно на тебе вылетим!
— Ни за что! — крикнул Горыныч и бросился
наутёк по запутанным коридорам замка.

Глава 18.
Закопчённый пассажир

Мало Кощею его серебра,
Ему захотелось чужого добра!

Сквозь потоки ливня неслась метла. На ней
сидел закопчённый пассажир и крепко прижимал
к чёрным латам яйцо. Метла, не догадываясь, кого
на себе везёт, довольная, взмыла над замком.

— Свобода! — заорала метла, делая вираж. —
Яйцо у нас! Мы его спасли! Давай, Леший, песню
победную петь!

Но закопчённый пассажир был вовсе
не Леший.

— Ха-ха-ха! — страшно захохотал он. —
Ну, метла, попала ты ко мне в плен! Неси
меня за тридевять земель, в тридевятое
царство, тридесятое государство! Там
я яйцо выращу по-своему, по-кощеевски!
Будет у меня замок на куриных
ногах и с петушиными шпорами!

Метла растерянно зависла в
воздухе. Какой ужас! Она, сама

того не зная, вывезла на себе Кощея! В спальне
было так дымно, что она, конечно, его не разглядела
и, подхватив врага, вылетела в окно.
Кошмар! Позор!

— Ну, чего встала, куст мочёный?! — рявкнул
Кощей. — Полетели!
— Это кто — куст? — рассердилась метла.
— Она ещё и слышит плохо, — заключил
Кощей и заорал: — Эй! Веник дрессированный!
Вперёд!
У метлы от обиды аж прутья дыбом встали.

— Сейчас к Яге прилетим, там и посмотрим,
кто из нас веник, а кто — пылесос! — крикнула
она, делая крутой разворот. — Яйцо отдашь,
а уж после отправляйся, куда хочешь, — хоть
в тридевятое царство, хоть в сто пятое государство.
Кощей, не удержавшись на вираже, перекувырнулся
и повис вниз головой, держась за
метлу только переплетёнными босыми ногами.
От страха Кощей стиснул яйцо так сильно, что
оно чудом не треснуло.

— Эй! Гнездо на палке! Ты чего творишь?
Слушайся меня, кляча бесхвостая, иначе сброшу
яйцо вниз, на камни, и из него выйдет яичница!
Метла, испугавшись, резко затормозила.
Кощей, увидев, что угроза сработала, заорал
пуще прежнего:

— И верни меня в нормальное положение,
иначе бросаю! Моё слово — закон! Не будь я
Кощей!
Метла сделала резкий разворот, и Кощей
снова оказался сверху.
Рядом с метлой сверкнула молния. Кощей
издал странный смешок:

— Ага! Испугалась? Лети, лети, а то ведь я
не шучу! Яйцо разобьётся и…
— Если ты скинешь яйцо, то я сброшу
тебя! — пригрозила метла.
Кощей дико загоготал:

— Ну и сбрасывай! Я ведь бессмертный!
А вот яйцо разобьётся! Лети, куда говорю, не
пререкайся!
— Никуда я не полечу! А яйцо кидай, если
хочешь, все равно оно не разобьётся!
— Это почему ещё?
— Да потому что, раз изба деревянная,
значит, и яйцо у нее деревянное! А деревянные
яйца не бьются!
Кощей так растерялся, что чуть не позабыл,
что вообще делает на метле.

— Запутать меня решила! Я хитрее тебя!
Сейчас я кину яйцо вниз, сам спрыгну и убегу
в лес, а там пилой распилю!
— Не распилишь!
— Это почему ещё?
— А потому что вон Яга из замка выбежала,
она яйцо поймает!

Кощей глянул вниз. Яга бегала у распахнутых
ворот замка и махала руками, что-то крича. Из
замка выскочил Горыныч и почему-то спрятался
за камень, за ним выбежала Ваня.

Кощей, ничего не понимая, закричал:

— Это что такое? Как они вышли? В замке нет
выхода! Я его своими руками заколотил!
И тут Кощей увидел бегающего у замка Лешего
и заорал пуще прежнего:

— Меня предал Леший! Он рассказал о тайном
ходе!
Кощей взвизгнул от злости и принялся трясти
метлу, пытаясь заставить её лететь, куда ему
надо.

Метла, теряя равновесие, закружила на месте
и оказалась над пропастью. Вот-вот потеряет
управление и рухнет в бездну.

— Прекрати эти выкрутасы! — испугался
Кощей. — А то пополам сломаю!
— Не сломаешь!
— Это ещё почему?
— Как же ты меня сломаешь, если ты
на мне летишь?
— Сломаю! Сломаю! Сломаю! — заорал
Кощей, так сильно выйдя из себя,
что чуть не вывалился из лат.
Тем временем около ворот замка произошла
ещё одна стычка.

Глава 19.
Самолётофобия

Трудно Горынычу в небо подняться —
Три головы не договорятся.

Вода бурными ручьями неслась мимо Горыныча
и исчезала в пропасти. Яга схватила
змея за крыло, Ваня принялась толкать его в
бок, ей помогали непонятно как оказавшиеся
рядом коты, филин и мыши, но тот не
сдвинулся ни на сантиметр. Горыныч оказался

очень тяжёлым.

— Чего расселся?! Лети! Лети! Отбери от него
яйцо! — крикнула Яга.

Горыныч упёрся лапами в землю:

— Нет! Я не могу! Я не люблю летать! Я боюсь
высоты! — Горыныч трясся от страха, а головы пытались
спрятаться друг за дружку — того и гляди
запутаются!
— В замке-то летал! — крикнула Яга.
— В замке — другое! В замке — под крышей!
— А тут что тебе мешает?
— Самолёты!
— Где самолёты? Ты что говоришь?
— Везде!
Яга завертела головой, поплевала через оба
плеча, начертила в воздухе число 742 и сдула его.
— У меня самолётофобия! — заныл Горыныч. —
Меня может сбить самолёт!
Яга, кинув взгляд на кувыркающуюся над пропастью
метлу, что есть силы затрясла Змея:

— Ну всё! Сейчас у тебя будет Баба-Яга-фобия!
Тебя собьёт Яга! Что ты вообще за Горыныч такой?!
Может, ты и не змей вовсе, а так, ящерица?
— Нет! Я — Змей! Змей! Настоящий, породистый!
Мой папа — Змей-Горыныч, моя мама —
Змей-Горыныч, и бабушка — тоже Змей-Горыныч.
Я очень породистый!
— Да уж, породистый! Жрёшь что попало и
летать боишься! У тебя же три головы! И неужели
все три боятся?
— Нет, только она! — сказала средняя голова,
покосившись на третью. — А мы, когда она боится,
дрожать начинаем и теряем высоту.

— Ну тогда мы ей глаза завяжем. Ваня, давай
сюда косынку!
— Нет, — возразила Ваня, — если он боится,
что его самолет собьёт, нужно ему габаритные огни
сделать, чтобы самолёт увидел и облетел!
— У нас нет времени! — заорала Яга и так
сильно пнула Горыныча, что тот чуть не улетел в
пропасть.
— Бабушка, но у тебя же есть гнилушка-огневушка,
давай её привяжем к хвосту Горыныча, и
ему тогда не будет страшно.
— Эх, ладно! — рявкнула Яга. — Так и быть!
Горыныч тяжело вздохнул и пододвинул хвост.
Через минуту на нём красовалась светящаяся
гнилушка, примотанная платком Яги.

— Ну вот, теперь тебя любой самолёт издалека
увидит, — объяснила Ваня, — испугается
и улетит восвояси!

— Они падают! — вдруг заорал Леший, схватив
Ягу за ногу.
Кощей затряс метлу, и та, кувыркаясь, полетела
в пропасть.
Горыныч расправил крылья и начал разбегаться…

— Спасите! — заорал Кощей, чувствуя, что
падает в бездну. Ему стало очень страшно. Он,
конечно, бессмертный, но падать с такой высоты
очень больно. Можно нос расшибить.
Яйцо выскользнуло из его рук. Кощей, кувыркаясь
на метле, вспомнил, как Леший смеялся над
его лысиной, — в такой трагический момент нужно
вспоминать что-нибудь печальное.

— Прощай, замок! — заорал Кощей, зажмурившись,
и тут почувствовал, как кто-то аккуратно
подхватил его.
Кощей открыл один глаз: на него смотрели три
головы Горыныча, который держал Кощея в зубах,
как пойманную на лету сосиску. Правая голова
подхватила метлу, а левая изо всех сил старалась
не уронить и не проглотить яйцо.

— Ура! — неслось снизу. — Горыныч — герой!
Наши победили!
На противоположной стороне пропасти, ломая
берёзы, прыгала счастливая избушка, издавая радостные
скрипы. И тут же небо стало проясняться,
ливень прекратился, и жизнь стала налаживаться.
Запели птицы, закричали звери, и все стали радоваться.
Все, кроме Кощея.

Кощей плюнул и гордо отвернулся.

Глава 20.
Разбор полётов

Целый бой из-за яйца!
Одолели молодца!

Гордо подняв все три головы и помахивая
светящимся хвостом, Горыныч приземлился
у замка и выплюнул пойманную добычу к
лаптям Бабы Яги.

Кощей рухнул, как груда металла.

Яга прижала к себе спасённое яйцо. Мыши
заплясали, филин заухал, а коты принялись торжественно
орать.

Кощей сидел на обрыве печальный и поникший.
Единственный волосок на лысине романтично
развевался на ветру. В помятых латах отражалась
луна. Оказалось, что они только спереди золотые,
а сзади просто деревянные, покрашенные бронзовой
краской. Один железный рукав отвалился,
оголив очень худую, длинную, зелёную руку без
единой мышцы.

— А давайте мост опустим? — вдруг предложил
Леший. — С той стороны ограды рычаг есть!
— Что ж ты раньше-то молчал? — удивилась
Яга. — Ванюша, ну-ка поищи этот рычаг.
— Зачем? — спросила Ваня, хитро улыбаясь,
— Я теперь вот как умею!
И, щёлкнув пальцами, она попросила мост
опуститься. Ко всеобщему восхищению, тот
перекинулся через бездну.

— Ура! Научилась! — обрадовалась метла.
— Да здравствует настоящее колдовство!
Кощей, кинув на Лешего негодующий взгляд,
сорвал свою корону и вдруг испуганно заорал:
по мосту неслась счастливая избушка, распахнув
дверь и хлопая ставнями. Следом бежала
Кикимора с цветами и кидала их в небо. Кощей
спрятался за Горыныча, испугавшись, что сейчас
получит заслуженный пинок.

Изба осторожно взяла своё родное дитятко
в лапу и стала качать его и ворковать что-то посвоему,
по-избушечьи.

Умилённая Яга смахнула слезу и сурово
взглянула на Кощея:

— Ну что, Кощей, молчишь? Сказать нечего?
Даже не знаю, как тебя наказать за такое преступление!
— А я не виноват! — крикнул Кощей и чуть
не заплакал.

— Это почему же? — не поняла Яга.
— А потому! Вы все счастливые, потому что вас
много, а я один! Ни семьи, ни ребёнка, ни коровы,
ни телёнка, а вы ещё и яйцо отобрали! И замок мой
тоже несчастный! Он не то чтобы яйцо, он даже
икры высидеть не может, а вы меня обижаете!
— Это мы тебя обижаем?! Это ты у нас яйцо
украл! Ты сам во всём виноват! — прикрикнула
Яга.
— А я с Кощеем вообще разговаривать не
хочу! — заявила Кикимора, которую никто и не
спрашивал.
— Ах так! — рассердился Кощей. — Ну, тогда
держитесь! Я тогда знаете, что устрою?!
— И я тоже устрою! — предупредил Леший. —
Вот посмотрю, что Кощей устроит, и тоже чтонибудь
выкину!

— Нет, я устрою! — надвинулся Кощей на Лешего.
— Нет, я! — не уступал Леший.
— Перестаньте, как вам не стыдно! — воскликнула
Ваня. — Что вы за существа такие? Что
в вас человеческого? Один жадный, другой расчётливый,
третий трусливый! Разве так можно?
Вам всем больше ста лет! Пора бы понабраться
ума-разума.
Все посмотрели на Ваню. Даже водяной и тот
лужицей подтёк поближе.

— Не умею я жить по-другому! Какая радость
от жизни, если нельзя жадничать и обзываться?!
— насупился Кощей.
— Придётся мне вас воспитывать, — вздохнула
Ваня. — Такие большие, а ничего не знаете. В мире
полно интересных вещей! Можно, например,
зверюшек лечить, за лесом следить… Да мало ли
хороших дел?
— А я вот могу в лесу чистоту навести, весь
мусор собрать, что от грибников остался, — предложила
Кикимора.
— Правильно, — поддержала Ваня, — это будет
твоё первое доброе дело.
— А мы тебе все поможем! — обрадовалась
Яга.
— А вот и второе дело!
— А я буду лес патрулировать в небе!— заявил
Горыныч, чтобы никто никого не обижал.
— А я деревья буду лечить! А Водяной будет их
поливать, — придумал Леший и показал Кощею
язык.
— А я возьму сейчас и на вас на всех
обижусь! — раскис Кощей.
— Это ещё почему?
— А потому, что мне не придумать самому
доброе дело! У меня не получается.
— Если ты вежливо попросишь, мы можем
помочь, — предложила Ваня. — Самому-
то не стыдно так плохо себя вести?

Кощей заломил руки:

— Стыдно! Но я не всегда был Кощеем! — горестно
заявил он. — Я ещё могу исправиться!
— Что-то не верится, — пробормотала метла.
— И кем же ты был раньше?
Кошей вздохнул и начал рассказ.

Глава 21.
Все сказки
заканчиваются свадьбой

А тебя-то звали как?
Знамо как — Иван -дурак.

— Давным-давно, когда деревьев в лесу было
намного больше, чем пней, а на них росло больше
веток, чем сучков, — был я молод, кучеряв и
глуп, — изрёк Кощей.
— Начинается! — закатил глаза Леший.
— И любил я одну девушку, — повысил голос
Кощей. — Так, ничего особенного, ни росточка, ни

голосочка, да и имя у неё — глупее не придумаешь,
но любовь была что ни на есть молодецкая, отчаянная.
В гости к ней бегал за три версты, супом она
меня потчевала капустным. Да я не оценил, и любовь
на замок променял. Дурак, одним словом!

Яга вдруг схватилась за сердце:

— Постой, постой! А звали-то тебя как?
— Знамо как! — огрызнулся Кощей. — Я же
сказал: Иван-дурак. Кто же ещё стал бы бегать к
любимой в глушь лесную суп есть? Да так в любви-
то и не признался! Хорошие были времена!
Романтичные…
— Ну, ты от своего имени недалеко ушёл, вона
как по лесу скачешь, только лязг раздаётся! — подбодрил
Кощея Леший.

Тут Яга громко всхлипнула и бросилась Кощею
на шею, чуть не повалив его.

— Иванушка! Ты ли это, мой ворон ясный? Мой
воробей неподстреленный, душа моя, свет красный,
мухоморушка?
Ваня прыснула со смеху.
Кошей попытался отвязаться от Яги, но та вцепилась
мёртвой хваткой, голося пуще прежнего:

— Что печалит глаза твои синие и отчего они
такие красные? Отчего рученьки твои белые такие
серые? Почему головушка твоя кудрявая такая
лысая? Не узнал меня? Это я — твоя Вася!
— Вася?! — удивились все.
— Вася, — всхлипнула Яга, — Василиса, значит!
Как же я скучала по тебе, Иванушка, свет мой
в лукошке!

Кошей что-то попытался сказать, но у него
получился только какой-то странный звук, напоминающий
булькающий кашель.

Яга отскочила в сторону, трагично закрыв лицо
руками, изображая страдание, очень похожее на
приступ ревматизма.

— Вон оно как всё запутано! — почесался Леший.
— Тут так просто не разберёшься, тут думать
нужно! — И так крепко задумался, что едва не
треснул.
Неожиданно Кощей заорал так, что у Лешего
на голове грибы дыбом встали:

— Яга, выходи за меня замуж! Это же выход!
И яйцо при мне останется, и тебе радость! Конечно,
я мечтал о другой жизни, но раз иных кандидатур
нет, то я остановил свой выбор на тебе. Вместо
метлы пылесос купим, избу на дрова пустим, а из
яйца офис вырастим — солидно чтобы всё было.
А Ваню мы усыновим!
Ваня чуть не подавилась:

— Спасибо. Я вообще-то девочка.
— Ну забыл я, как это там у вас называется! —
рассвирепел Кощей, но тут же утихомирил свою
ярость, укусив себя за перчатку и чуть не сломав
золотые зубы.

— Эй, не слушайте его! — вмешался Леший. —
Какой из него отец?! Посмотрите, он такой худой,
что сквозь него луну видно! А голова дырявая, как
дуршлаг, хоть макароны откидывай. Выходи, Яга,
за меня. Я тебя в обиду не дам! Я тоже был молод,

и меня тоже Емелей звали. К тому же все
сказки должны свадьбой заканчиваться.
А Ваню Кощей пусть усыновляет, если ему
так хочется. Замок в наследство — это тебе не
шутки! Не бойся, девочка, Кощей, между прочим,
не такой уж страшный, если его граблями
причесать!

— Не нужно мне никакого замка! — запротестовала
Ваня. — Не выходи за него, бабушка!
Пусть сказка не заканчивается!
Яга, улыбаясь и моргая, неуклюже поклонилась:

— Спасибо, женихи дорогие, я подумаю над
вашим предложением.
— Бабуль, неужели ты…
— Я подумала! — перебила Ваню Яга, все ещё
улыбаясь, и вдруг рявкнула: — Ни за что! Знаю я
вас! Поищите себе кого-нибудь ещё, а нам в избушке
и без вас тесно! Не в том я возрасте, чтобы
за вами полы мыть.
— Неужели вы оставите меня после всего этого
одного в старом замке? — растерялся Кощей. —
Я больше там жить не могу! Я уже к компании привык!
Простите меня, пожалуйста!
— Ну что, простим? — спросила Яга.
— Простим! — откликнулась Ваня.
— И ещё я пою в хоре с выхухолями, — непонятно
зачем добавил Кощей.
Вдруг послышался треск, и все посмотрели на
избу.

Глава 22.
А наша сказка
закончилась —
вот так!

У старушки дочка — Ваня,
У избушки дочка – баня!

Изба опустила на землю яйцо. Внутри него
раздался стук, будто там билась гигантская муха.
Яйцо вздрогнуло, и из него показалась маленькая
каменная труба. Тут же снизу вылезли жёлтые
лапки. Яйцо подскочило и сделало два неровных
шага.

— Ура! — закричали все.
— Ну шагай, шагай! Разминай ножки! — протянула
к яйцу руки Яга.
Тут с него слетела скорлупа, и все увидели маленькую
баньку на курьих ножках.
Ваня подняла малышку на руки. У баньки была
хорошенькая дверка и два маленьких окошечка в
предбаннике. И ещё она была очень похожа на избушку:
такая же крыша и такой же цвет брёвен.

Яга кинулась целовать избу и осыпать её поздравлениями.

— Ну теперь-то мы заживём! Ну теперь-то у
нас всё наладится! — ворковала старуха. — Пусть

Пусть не летом, так зимойБаньку истоплю я,
И помою в баньке той
Я себя, родную.

Пар на травке зверобой,
А полог — сосновый.
Похлещи, любимый мой,
Венечек еловый!

Справа — мёртвая вода.
Тут — вода живая.
Сброшу века полтора,
Буду молодая!

растёт! Ножки тренирует! А мы пока веников еловых
запасём, травок для заваривания! Ух, жизнь
начнётся! Сказка!

Водяной на радостях кинулся целовать Кощея,
но тот, страшно испугавшись, спрятался за
Лешего.

— Утром, по случаю рождения баньки, устроим
праздник! — крикнула на радостях Яга. — Только,
чур, вести себя хорошо, есть только еду и не
драться!
— Ура! — разнеслось по лесу, и Горыныч выпустил
вверх сноп искр.
Они словно фейерверк разлетелись по небу,
озарив замок волшебными огоньками.

— А после праздника я открываю школу! — сказала
Ваня серьёзно. — Всем нам нужно учиться
грамоте и другим наукам, чтобы не осталось в лесу
грубых и невоспитанных невеж! Я уже всё придумала:
в деревне за лесом есть один очень добрый
учитель, я думаю, он нам поможет.
— Конечно, поможет! — обрадовались все.
Кикимора умиротворённо зевнула и пошла к
мосту:

— Ну, коли так, я пошла домой. Нужно перед
такими событиями выспаться, а то скоро светать
начнёт.
Яга подхватила баньку и запустила её в избу.
Ваня достала корыто и приготовила там баньке
кроватку, уложив на дно старый сарафан.

Горыныч, повиливая светящемся хвостом, полетел
к себе в пещеру.

Кощей и Леший, ввалившись в избу, уселись
на лавку в надежде, что Яга их сейчас накормит,
напоит и спать уложит.

— Не хочу я домой! — заныл Кощей. — У меня
замок страшный, старый, двери скрипят, из всех
щелей дует. И окна вы мне все побили! Мрак!
— Окна нужно починить, — сказала Ваня, — не
расстраивайся, Кощей, мы завтра тебе ремонт
сделаем! Башни в разные цвета покрасим! Пусть
там будет светло и весело! Как в сказочном замке
у принца!
— Это ещё зачем? — спросил Леший и сморщил
лицо так, что на нем пропали глаза и рот, а остались
лишь нос и коричневые морщинки. — Ну уж дудки,
Помоги друзьям Кощея раскрасить
башни старого замка во все цвета.

красить замок я не согласен! Возьмите его лучше
к себе в избу жить. А я домой пошёл.

И Леший убежал так быстро, что аж задымился.

— И правильно, Кощей, иди к нам жить! — вдруг
согласилась Яга, подмигнув Ване. — Поселим тебя
в подпол, будешь нам дрова колоть, картошку
копать. Забор поставим вокруг леса, чтобы изба
дальше дозволенного не бегала.
Метла метнула на Ягу подозрительный взгляд —
ведь у избы на курьих ногах нет погреба. Но Кощей
все принял за чистую монету и, пробормотав:
«Счастливо оставаться!», выскочил за дверь, провалившись
по колено в утекающего Водяного. Ещё
долго по лесу раздавались возмущённые вопли и
ржавый скрип.

— Куда это он, на ночь глядя? — удивилась Ваня.
— Как куда? В замок, конечно, — обдумывать
своё поведение и мучиться совестью, — отмахнулась
Яга, залезая на печку.
Но Кощей отправился не в замок.

Что творится! Что творится!
Сам Кощей решил жениться,
И Яга, чего стесняться, —
Хочет бракосочетаться!

Эпилог

Я такого ещё не видывал,
Чтоб Кощей Яге позавидовал!

Рассвет ещё не начался, луну скрывали чёрные
тучи, но для Кощея не было преград. Сделав
кружок по лесу, чтобы запутать следы, он вышел
на капустное поле и огляделся. Что вправо, что
влево — никакой видимости. Но и это его не остановило.

Дойдя до середины поля, Кощей закричал:

— Эй! Дети, где вы?
Тут рядом с собой он почувствовал какое-то
движение. Кощей напрягся и ловко прыгнул в сторону,
ухватив кого-то за шиворот.

— А! Попался!
— А-а-а! Попался! — услышал он
в ответ скрипучий голос. — Чего же
ты это такой длинный?

Кощей вгляделся в тёмный силуэт. Небольшого
роста, но с очень широкими плечами, сынок больше
напоминал пень. На голове его росло нечто
похожее на пучок длинной травы. Но ничего, волосы
можно подстричь, — главное, чтобы смекалка
была.

— Это я-то длинный? — обрадовался Кощей,
прижимая к себе ребёнка. — Это ты, сынок, какойто
очень широкий!
Кощей попытался поднять сына, но чуть не надорвался.
Сынок, пытаясь ударить своего нового папашу
ногой, завизжал так противно, как только мог
визжать один-единственный знакомый Кощея:

— Я вовсе тебе не сынок! Я — Леший!
— Леший?! — удивился Кощей и уже хотел его
отпустить, но вдруг затряс что есть силы. — Так что
же ты здесь делаешь, леший тебя возьми?!
— Тебя ищу!
— Меня?! На поле?! — удивился Кощей. — И зачем
я тебе нужен?
— Как зачем? Мне тоже сынок нужен — маленький
корявенький Леший.
Кощей отпустил руки и уныло пробормотал:

— Ну, тогда тебе тоже не повезло. Я тоже не
сынок, я Кощей.
Теперь наступила очередь Лешего удивляться:

— Кощей? А ты что здесь делаешь?
— Ну, я тут, это, гуляю, так сказать, — соврал
Кощей.

— А! Попался! — раздалось сзади. Кощей и Леший
вздрогнули и оглянулись. Над ними нависли
три огромных головы змея Горыныча.
— Какой хорошенький! Двухголовый! — обрадовалась
правая голова.
— И такой маленький! Сыно-очек! — согласилась
средняя.
Кощей схватился за голову:

— Этого только не хватало!
— Я тебе не сын! Я — Леший! — тут же заскрипел
знакомый голос.
Горыныч заметался из стороны в сторону,
пытаясь в капусту закопаться или
деревцем прикрыться.

— Я же говорил, что
у нас ничего не получится!
— заскулила третья,
самая стеснительная,
голова.

А на следующий день устроили праздник. Стол
накрыли аж во всю поляну! Ваня и Яга принарядились,
всем повязали бантики, даже метле.

На день рождения баньки все пришли с подарками.
Кикимора принесла еловые веники,
Водяной — ушата, Леший — кору дубовую. А Кощей
исполнил вместе с выхухолями задорную

песню.

Даже Горыныч и тот, очень стесняясь,
вернул скатерть-самобранку, дубинку-самобилку,
а ещё дудку-самогудку и краску

самокраску, объяснив, что его живот эти
вещи не переварил.
А потом…

Все гуляли, веселились,
И наелись, и напились!
У Яги и я была,
Простоквашу я пила,
По ушам стекало,
В рот не попадало!

Катя
Матюшкина 🙂

Оглавление
Вступление. Волшебное варево
Ещё одно вступление
Глава 1. Чудо чудное
Глава 2. Кто этот злодей?
Глава 3. Веники еловые
Глава 4. Небывалые гости
Глава 5. Очень тёмная чаща
Глава 6. Тайна деревянного яйца
Глава 7. Кража
Глава 8. Золотая гора
Глава 9. Горыныч разбушевался
Глава 10. Бара-бора!
Глава 11. Тайна, которую знают все
Глава 12. Предатель, обманщик и главный злодей!
Глава 13. Дубинка-самобилка
Глава 14. Узница подземелья
Глава 15. План спасения
Глава 16. Баю-бай!
Глава 17. Хватай его!
Глава 18. Закопчённый пассажир
Глава 19. Самолётофобия
Глава 20. Разбор полётов
Глава 21. Все сказки заканчиваются свадьбой
Глава 22. А наша сказка закончилась вот так!
Эпилог
Ещё один эпилог (последний)

Солнце красным колесом
С горки покатилось,
Всё живое пред лицом
Ночи притаилось.

Ветерок летал, летал,
И прилёг на крыше,
В баньке банник задремал,
Веником укрывшись.

Ночь окутала поля
В белые туманы,
Спит усталая земля,
Дремлют океаны.

Домовой уснул давно,
Спрятав нос под печку,
Только в синее окно
Светят звёзды-свечки.

Всё на свете обойдёшь —
Нет милее дочки —
Будет утро, подрастёшь
Хоть на ноготочек!

Низко-низко, ниже самой тоненькой веточки,
ниже самого маленького листика, там,
где ствол Большого Дерева уходит в землю,
между двух корней находится забытая Пещера.
Влипсики — маленькие человечки,
живущие на Дереве, никогда туда не ходили.
Поговаривали, что если кто-нибудь в неё
заходил, то уже больше никогда не возвращался
обратно.

Но однажды влипсёнку, которого звали
Шнопсик, всё-таки пришлось туда зайти, и не
просто так, а чтобы спасти родное Дерево!
Случилось это вот как…

Продолжение следует!..




Поддержи проект! Расскажи о сказках друзьям!

Комментарии:

Оставить комментарий

Top